Страница 25

Мичманы Павловский и барон Юрьев проследовали в свои каюты, я же направился к боцману Седых, выяснить, в чём дело.

Тот сначала немного замялся, но потом всё же сказал, - с утра будет штормовая погода, больно кости ломить стало, это точно к смене погоды. Всегда так было Сергей Сергеевич.

К такого рода сообщениям, я всегда относился болеевнимательно, ещё по своей «старой» службе, так стало и в этот раз.

- Куприян Семёнович, к полночи усилить дежурную вахту, - тут же стал раздавать указания я, - ещё раз проверить всё на корабле, особенно на верхней палубе, всё лишнее убрать, что необходимо накрыть, особенно на месте рулевого, дежурной смене, более внимательно следить за швартовыми канатами. При необходимости сразу доклад, я буду на яхте.

Уже походя к яхте, понял, что давать какие-то указания не было необходимости, по всей видимости, Константин Константинович, тоже что-то почувствовал в изменении погоды и принял соответствующие меры.

К утру, погода действительно поменялась в худшую сторону, силаветра увеличилась до 10-12 метров в секунду. Низкие облака закрыли полностью небо и ещё начавшийся ночью мелкий дождик, перерос в ливень, и всё это происходило при, довольно таки низкой температуре. Так продолжалось на протяжении четырёх дней, а потом когда дождь прекратился, температура просела ещё ниже.

А чуть позже, мы даже и не заметили когда выпал и первый снег.

- Вот и пришла зима, - посмотрев на падающий снег, сказал мичман барон Юрьев, - вовремя же мы успели прийти в Ригу, сейчас переход был бы намного сложнее, если вообще возможный.

На тот момент, мы уже успели извлечь из минных палубных аппаратов мины, и сдать их на склад вооружений, как впрочем, и запасные. Сами палубные аппараты, так и оставили закрытыми брезентовыми чехлами, как и пушки, установленные на эсминце.

В этот момент, мы находясь в салоне яхты занимались тем, что по учебным пособиям изучали один из курсов Морского корпуса. Вообще надо сказать, что мичманы к учёбе отнеслись очень серьёзно, штудируя учебные пособия, непонятные моменты мы рассматривали совместно, иногда привлекая к этому и капитана Майета, последний, с удовольствием разбирал их, помогая нам.

Все прекрасно понимали, что по происшествии, ещё немного времени и начнётся период отпусков для офицерского состава.

Кому-то повезёт, и он, будет гулять на рождественских праздниках, а кому-то нет, тот будет отдыхать после, в феврале-марте в самые морозы.

Тут вообще с отпусками не заморачивались, делали по простому, половина на половину. Конечно, в первую половину на большие зимние праздники, как правило, шли «заслуженные» офицеры, те, кто имел выслугу больше остальных.

Я же, конечно же, в эту «когорту» не входил, да и мне по большему счёту, было всё равно. Во второй очереди мне грозил только отпуск, за свой счёт. Тут надо сказать, что много молодых офицеров, которым к тому моменту, отпуск был не положен или положен за свой счёт, его вообще не брали. Не у всех, так сказать, были на счетах суммы как у меня, я бы тоже не взял его за свой счёт, если бы не одно большое но - «НАТАЛИ», именно так, с большой буквы. Мне очень хотелось бы, вновь встретится с ней, а это возможно было бы, только в отпуске.