Страница 51

В общем как прошёл день я и не заметил, но, тем не менее, он меня вымотал, к тому же разболелась рука, так что после ужина, который традиционно для всех офицеров эсминца, проходил на яхте, я просто пошёл отдыхать, оставшись здесь же на яхте. Кстати на ужин уже смог прийти и наш командир капитан-лейтенант барон Бойе, тот уже почувствовал себя несколько лучше, решив покинуть свою каюту. Тем более, что все офицеры эсминца, уже давно оценили кулинарные способности кока яхты, и предпочитали питание у него.

Новый день не предвещал, ни каких особых событий, то, что могут приехать мои родители и дед, то я в этом не сомневался, и за особые события не считал. Встал как всегда рано в шесть, привёл себя в порядок, почитал технические журналы, которые были в каюте до завтрака, предварительно, пройдясь до эсминца, чтобы узнать как там дела.

За завтраком выпросил разрешение у командира, на то, чтобы, лейтенант барон Юрьев и мичман Павловский посетили Санкт-Павелбург в течении дня, до вечера, договорились на завтра. Почему я затронул этот вопрос, всё просто, оказывается, ещё с вечера сообщение о том, что пришёл повреждённый эсминец на верфь, барон Винк отправил деду. А с самого утра, на верфь, прибыл мой экипаж, где за кучера был, всё тот Тимофей.

Вообще, как-то в начале завтрака я почувствовал, что на меня накатило какое-то тревожное чувство, от чего оно было я и сам понять не смог, но что-то было не так, и это чувство, требовало от меня действий. Поэтому, как только закончился завтрак, я сразу же откланялся, встав из-за стола, направился, на всякий случай, на эсминец.

У трапа на эсминце меня встречал боцман Седых, тот доложил, что на корабле всё в порядке, экипаж принимает пищу.

- А вы что, не на завтраке? – уточнил я у Седых.

Тот слегка замялся, переступая с ноги на ногу, а потом сказал, - что-то тревожно мне на душе, Сергей Сергеевич, а почему не пойму, хотя везде вроде бы порядок.

- Вот и у меня такое же чувство появилось, Куприян Семёнович, - сказал я в ответ, - и я тоже не пойму в чём дело.

Не успел я закончить свою фразу, как стоявший у трапа вахтенный матрос, из сигнальщиков эсминца, который по укоренившийся привычке, периодически бросал взгляды вокруг, закричал, - на подходе к верфи, миноносец «Быстрый».

Мы с Седых, мгновенно развернулись в указанную сторону, действительно, вдали показался наш напарник, миноносец «Быстрый», не узнать его было невозможно. Но, тем не менее, что-то с ним было не так. А вот что?

Первым всё же, заметил глазастый сигнальщик, который стоял на вахте, - миноносец имеет многочисленные повреждения.

Ну, вот и всё встало на свои места, теперь понятно, откуда тревога на душе.

- Куприян Семёнович, боцманскую команду на причал, окажите помощьв швартовке, - принялся распоряжаться я. Тот только посмотрел на вахтенного матроса, сигнальщика, как тот тут же сорвался с места и исчез внутри эсминца, не прошло и полминуты, как на верхнюю палубу начали выскакивать матросы эсминца, и не только из боцманской команды.

Понимая, что, по всей видимости, миноносец, выдержал бой, и исходя из этого, принялся отдавать команды дальше, - боцман отправить посыльного за командиром эсминца, и господами офицерами, особенно за нашим доктором.

Миноносец к тому времени уже значительно приблизился, и было видно, что ему досталось не одно попадание, на верхней палубе было мало народу, из офицеров был только один, и тот находился на мостике корабля, рядом с рулевым. Кажется, это был, мичман Лихачёв, подойдёт миноносец поближе, будет точно видно.