Страница 29

Лицо ее стало совершенно белым, с него сошли все краски. Наступила тишина.

– Маркиз Кэрью? – спросила она наконец неестественно высоким голосом.

Он кивнул.

Саманта два раза безмолвно открыла рот, прежде чем заговорить.

– Вы мне солгали, – наконец сказала она.

– Нет, – поспешил возразить Хартли, – просто я не досказал свое имя до конца. Но вы правы, слово «просто» тут совершенно неуместно. Я должен признаться-я солгал! Мы несколько раз говорили обо мне в третьем лице, ведь так? И я делал вид, что маркиз – это кто-то другой.

– Но зачем? – Саманта спросила это шепотом и очень крепко зажмурилась, как будто хотела заслониться от того, что происходило.

– Вы так неожиданно появились на холме, такая прелестная, и так смутились, что я застал вас в чужом владении… Вот я и подумал, что, если я назову свое имя, вы смутитесь еще больше, я поставлю вас в трудное положение. Но вы не связали имя Хартли с маркизом Кэрью, и мне не захотелось представиться вам честь по чести. Если бы вы знали, какой барьер возводит мой титул между мной и людьми, которые встречаются со мной впервые! Мне захотелось побеседовать с вами. Захотелось, чтобы вы восхитились моим домом и парком. Я не хотел, чтобы между нами возник этот барьер.

– Ах вот что… – сказала Саманта. Пока он говорил, она смотрела на него, но теперь снова закрыла глаза. – Боже, чего только я не наболтала в бальной зале Хаймура! В вашей зале! – Саманта спрятала лицо в ладонях.

Он бы, наверное, с улыбкой вспомнил ее высказывания, но его сковал страх.

– Это что-то меняет? – спросил он. – Вы хотите изменить ваше решение? Вы откажете мне? Мне ужасно жаль, что так получилось! Но когда пустишься в обман, очень трудно признаться в нем. Понимаю, это нисколько не извиняет меня… Так, значит…

Он напряженно ждал. Сейчас кончится его счастье…

– Так, значит, я буду зваться не просто миссис Хартли Уэйд? – задумчиво сказала Саманта.

– Нет. – Маркиз все еще боялся надеяться, что она простит его. – Вы будете маркизой Кэрью.

– Чудесно, – сказала Саманта. – Просто замечательно. И Хаймур станет моим домом?

– Да. – «Она сказала „станет“!»

Саманта вдруг рассмеялась, все еще закрывая лицо ладонями.

– Так, может, это я выхожу за вас замуж ради ваших денег? Вам это не пришло в голову?

– Вы о них и не знали, – ответил маркиз. – Зато я достаточно хорошо знаю вас и уверен, что ни мой титул, ни мое богатство нисколько не повлияли бы на вас. Я буду свято хранить в памяти, что вы согласились стать моей женой, думая, что я бедный ландшафтный архитектор. Но принимаете ли вы мое предложение теперь, зная, что я, можно сказать, до неприличия богатый маркиз Кэрью?

Саманта вздохнула, отвела от лица ладони и, слабо улыбнувшись, посмотрела на него.

– Да, принимаю, – сказала она. – Могу ли я устоять перед соблазном прогулок по хаймурскому парку? Ио скажите мне, вы когда-нибудь занимались пересадкой деревьев или сооружением речных порогов?

Маркиз энергично кивнул.

– Я солгал лишь в одном, все остальное – правда.

– Ну хорошо. Так вы придете завтра, милорд? – Саманта нерешительно улыбнулась ему.

– Вы окажете мне честь, если будете называть меня просто Хартли, – сказал маркиз. – И если будете видеть во мне того же человека, каким для вас был мистер Уэйд. Конечно, я приду завтра.

Они обменялись взглядами, в которых была не только улыбка, и маркиз вышел из гостиной.

Дворецкий подал маркизу плащ и шляпу – как видно, старый слуга все это время находился в прихожей – и отворил перед гостем дверь.