Страница 16

Как говорится, никто не уйдет безнаказанным.

Рита хлопотала на кухне, мурлыкала под нос себе веселый мотивчик, споро накрывала на стол и была спокойна и безмятежна. Я даже засомневалась, может, зря нагнетала?

— Рассказывай?

— Да я в восторге! Столько активности! Столько комментов, столько хейта! Людей просто рвет на части от нашей бомбы. Мама звонила, кричала в трубку, что нас всех на Колыму сошлют, — Рита нервно хихикнула, — Ну она у меня никогда особой терпимостью не отличалась. Соседи приходили, носы свои любопытные совали: «Как так? В их подъезде творится История! А они не у дел.» Спрашивали, планируются ли съемки второй серии, — веселье Риты мне отчего-то совсем не передавалось, — Александр вчера ночью зачем-то приехал, а ты сопишь в две дырки. Мне кажется, он расстроился. Как-то скомканно что-то пробубнил и снова уехал. Ты ему чего-то наобещала, Ань? Ты помнишь, что он женат? — на лбу подруги пролегла тонкая морщинка беспокойства.

— Нет.

Рита смотрела на меня скептически, словно сканируя насквозь.

— Нет же, говорю! Ой, всё. Сама разберусь.

— Да уж будь добра, разберись со своими мужиками. Завела гарем, бродят теперь под окнами, вздыхают.

— Не смешно.

— А я и не смеюсь. Кстати!

Слова подруги прервал продолжительный звонок в дверь. Мы переглянулись. За трелью последовали глухие удары по обшивке нашей не столь крепкой входной конструкции.

По спине пробежал холодок. Мы с Ритой нерешительно смотрели вглубь коридора, но никто не решался пойти открыть.

— Может притвориться, что нас нет?

— Анна, шутки закончились, немедленно откройте. — грубый, мужской голос из-за двери звучал приглушенно, но очень угрожающе.

Мы синхронно выдохнули, поняв, что к нам ломится Олег. Рита так и вовсе вернула улыбку и пошла открывать. Я же не была столь уверена в своей безопасности, и не зря.

Олег влетел на кухню, прямо в верхней одежде. От него пахнуло волной морозной свежести. Несмотря на бодрость утра, лицо его было красным, вены на шее вздулись от напряжения, а взгляд метал молнии и казался немного шальным.

— Ты-ы-ы… — напряженно вытянутая рука в мою сторону с указывающим в меня крупным грубым пальцем замаячила перед моим носом.

Но больше Олег не вымолвил ни звука, лишь глубоко и рвано задышал. И никак не мог подобрать цензурных слов, чтобы выразить свою мысль.

Он зло обернулся, и я увидела за его спиной, сложившую лапки на груди, растерянную Ритку.

— Иди погуляй, — рявкнул Олег и захлопнул, жалобно звякнувшую дверь кухни. — Анна, — он прорычал мое мягкое имя, словно то состояло из одних щипящих звуков, и, вновь обернувшись ко мне, протер лицо рукой, в попытке сбросить напряжение, — Сколько еще ты будешь мне нервы трепать, а? Ты что, мать твою, творишь, женщина?

Его пальцы сжимались и разжимались в кулаки, а свекольный цвет лица не спадал ни на тон. Я же опасливо сжалась на стуле и могла лишь затравленно смотреть на него снизу вверх, затаив дыхание.

Было ли мне страшно? Скорее я замерла, как тот страус, спрятавший голову, но оставив врагу смачную филейную часть, провоцирующую того для хорошего пинка.