Страница 92

Перо скрипело по бумаге, словно не писало, а резало. Чернила, разведённые копотью с йодом, темнели неравномерно, впитываясь в тонкую страницу, расслаивающуюся от времени. Свеча дрожала на металлическом подносе, оплывая в трещины старого инструмента — кажется, это был скальпель, теперь покрытый зелёной коррозией.

Демьян не моргал. Его лицо было грязным, в пятнах от ожогов. Пальцы, обмотанные бинтами, дрожали; один бинт пропитался сукровицей, но он не останавливался.

— Испытание на троих, январь. Все трое — мальчики. Семь, девять и одиннадцать лет. Результат: двое умерли, третий получил судорожный синдром, потерял речь, подвижность нарушена. Повторное введение запланировано. Подпись — Ларин К.Ф., — писал он.

Он остановился, сжал челюсть и снова опустил перо.

— Фраза деда. Где она была… Вот, — пробормотал он.

Он аккуратно вписал её чуть ниже, курсивом, словно с уважением.

— Жертвы ради Родины неизбежны, — написал он.

После паузы он добавил новую строчку.

— Особая группа объектов — сироты. Устойчивость к боли выше. Рефлексии отсутствуют, — продолжил он.

Он откинулся на спинку стула, задержал дыхание и взял следующую страницу. Перевернул её.

— Ваша Родина была вам важнее их имён, верно, дед? А теперь пусть у тебя останется только это. Это — и ты, — сказал он.

Он вытер лоб рукой, размазав пепел по коже. Из шкафа донёсся лёгкий треск — бумага съёживалась сама собой. Один дневник рассыпался прямо на полке, словно его касалось не воздух, а само время.

— Записи должны совпадать по почерку, — пробормотал он. — Структуру не менять. Только содержимое. Вставки между строк… Мелко…

Он достал другой том, более потрёпанный, в обложке из кожзаменителя, и перевернул его. На странице была подпись деда. Настоящая. Он уставился на неё, затем аккуратно оторвал уголок. Поднёс его к свече и сжёг. Обугленный край взлетел и исчез.

Дверь в коридоре тихо скрипнула. Демьян не дёрнулся. Он лишь продолжил писать.

— Ты думал, я приду сюда с цветами? Я пришёл с чернилами, — прошептал он.

Позже. Другой барак. Снаружи луна светила сквозь клубы дыма.

Сослуживец деда — старик с палкой, в старом плаще — прижимал к груди папку. Его ладони дрожали.

— Кто передал? — спросил он.

— Неважно, — ответил подставной. — Передали для вас. Ларин сказал, что вы узнаете.

— Ларин? Костя? — переспросил старик.

— Нет. Внук. Демьян, — ответил подставной.

— Я не знал, что у него был внук… — сказал старик.

— Был, — подтвердил подставной.