Страница 7

Мы сидели до самого обеда, радуясь встрече, несмотря на то, что совсем недавно расстались.

Но тут прозвучал сигнал к обеду, мы последний раз обнялись с сестрой, и я пошёл к своим ребятам.

- Это твоя сестра? Да?

- Красивая!

- Она к тебе в гости приходила?

- Нет, ребята, она тоже здесь будет жить, - с улыбкой ответил я.

- Счастливый! – вздохнул кто-то. Да, сейчас я был счастлив, зная, что рядом живёт старшая сестра.

Столовая была довольно большая, в ней стояли длинные столы, рассчитанные на возрастные группы.

Никита показал мне наш стол, для младших. Он был уже накрыт. На первое был рыбный суп, потом гречка с подливкой, на третье компот с коржиками.

Сначала я с интересом смотрел по сторонам, потом уткнулся себе в свою кружку. Коржик я хотел оставить на сладкое, как вдруг кто-то взял его.

- Убери лапы! – удивлённо воскликнул я.

- Чего? – удивился парнишка лет тринадцати, бросая мой коржик в холщовую сумку. В сумке уже лежало немало коржиков.

- Верни! – я встал напротив пацана. Тот был выше меня на голову.

- Сядь! – презрительно сказал пацан, пытаясь сделать мне «смазь» по лицу. Промахнулся.

- Положи всё на место, крыса! У своих воруешь! Ребята, гоните шакала! Я пнул парнишку в коленку.

Пацан охнул от боли, а ребята из моего отряда отняли сумку и стали раздавать сладости, другие, постарше, начали пинками гнать пацана к дверям.

- Что тут происходит? – услышал мы грозный окрик. В дверях стоял один из воспитателей. Вокруг все умолкли.

- Да вот, - сказал я, - крысу гоняем.

- Крысу? – удивился воспитатель, - Крысу можно, - и ушёл.

Воспользовавшись заминкой, мальчишка исчез из столовой.

- Ну, теперь жди… - не глядя на меня, сказал Никита.

После обеда полагался тихий час. Дома мы тоже отдыхали после обеда. Старшие любили вздремнуть, а у меня будто шило в заднице не давало покоя. Полежав минут десять, я бежал к сестре и приглашал её к озеру, или в лес, где мы метали ножи, стреляли из самодельных самострелов и луков.

Но распорядок есть распорядок. Мы разбрелись по спальням, разделись и улеглись. Я думал, меня вызовут на разборки, но никто нас не побеспокоил, так что я незаметно уснул.

Разбудил нас дежурный. Меня уже просветили ребята, что сами установили график дежурств, дежурный следил за порядком, мыл пол в кубрике, как я окрестил, мысленно, нашу спальню.

По спальне мы ходили в сменной обуви, в тапочках, в них ночью можно было сбегать в туалет.

Убирались сами, поэтому старались поддерживать чистоту. По этому поводу дежурный никого постороннего не пропускал. С нашим отрядом старались не ссориться, на редкость дружные, я думаю, ребята здесь собрались.

Исключением был один мальчик, место которого я занял. Ему стукнуло двенадцать лет, и его переселили в более старшую группу, вместо него поселив меня. Но на меня никто не был в обиде, мне ведь было всего лишь девять лет, и ребята дали знать, что я теперь нахожусь под их защитой.

Я же дал себе слово, что тоже не дам в обиду никого.

Правда, ещё не зная всех здешних правил, мог кого-нибудь ненароком подставить.

Когда мы умылись, Никита подошёл ко мне:

- Сань, чем собираешься заняться? Можно телевизор посмотреть, или по территории погулять. Кружки работают, правда, сейчас туда ходят только желающие.

- Что-то у вас здесь вольница, - не поверил я.

- Да это перед отъездом в летний лагерь, воспитателям не до нас, всё свалили на старших отрядов и групп…