Страница 41

Открыть туалет и отсидеться до отправления? Подумав, я решил проделать всё наглым образом.

В тамбуре я быстро переоделся в шорты, спрятал брюки и ветровку в рюкзак, и, держа его в руках, пошёл по коридору, открыв и заперев за собой дверь в тамбур.

Двери в купе были приоткрыты из-за жаркой погоды, если помните, тогда кондишек в поездах не было. И вот я, уже было отчаявшись, увидел, как в одном из купе четверо мужчин отчаянно режутся в карты. Во что они там играли, мне было по барабану, главное, очень азартно.

Я вошёл в купе, забросил на верхнюю полку рюкзак. С трудом. Чуть не задел одного из игроков.

- Осторожнее! – заворчал он на меня.

- Извините! – ответил я, снимая обувь. Затем забрался наверх, и улёгся там, подложив рюкзак себе под голову.

Один из игроков удивлённо бросил на меня взгляд, и снова уткнулся в карты.

Я сверху смотрел, как они играют. Сверху видно было всё, как трое катал раздевают мужика.

- Чё подсматриваешь? – подозрительно спросил тот мужчина, один из катал, единственный, кто заметил меня.

- Я не знаю этой игры, мне интересно посмотреть. Можно?

- Смотри, только не подсказывай! – сурово сказал мне мужчина, снова уткнувшись в карты.

Они проигрывали мужику, а тот и радовался, глядя, как растёт возле него кучка халявных денег.

Каталы делали грустные лица, кидали карты на стол и порывались завязать с неудачной игрой.

Пока они разыгрывали из себя идиотов, поезд тронулся. В купе заглянула проводница, глянула на меня, спросила:

- Ваш?

- Твой? – спросил мужчина, с которым я перекинулся парой слов у того, кто сидел подо мной. Тот рассеянно кивнул головой. Проводница ушла, спросив про чай. Все пожелали.

И тут каталам «попёрло». Лица приняли радостное выражение, горка денег у мужика стала таять. Потом он полез в кошелёк. Проводница принесла пять кружек чая. Я, увлекшись интересной игрой, попросил подать мне стакан. Подали. Выпив чай, я, с усмешкой, смотрел, как каталы мухлюют, почти не скрываясь. Мужик вошёл в азарт, у него то получалось выиграть, то проигрывал вдвое больше.

Наконец у него кончились деньги.

- Отыграться бы! – жалобно попросил он.

- Есть на что? – спросил довольный катала. Напарник терпилы тоже выглядел грустным, хотя он тоже был из разводящих.

- Нет, кончились деньги. Может, на вещи? Часы? Браслет?

- Подержите, пожалуйста, стакан! – попросил я мужика. Тот машинально взял стакан в подстаканнике, удивлённо посмотрел на меня.

- Как вас зовут? – спросил я его.

- Константин Петрович, - ответил мужик.

- Закройте дверь, Константин Петрович, - попросил я его. Мужик закрыл дверь.

- Константин Петрович, - предложил я, - хотите, я отыграюсь за вас? Только не бесплатно.

- Что ты хочешь? – напрягся мужик. Каталы тоже изумлённо смотрели на меня, не просекая фишки.

- Пятьдесят процентов! – выпалил я.

- Харя не треснет? – возмутился мужик.

- У меня не треснет харя! – засмеялся я, - Вали тогда отсюда, голым!

Какталы тоже засмеялись, удивляясь жадности мужика.

- Пацан, а у тебя деньги-то есть? На что играть собираешься?

- А на рюкзак! – весело сказал я.

- А что в рюкзаке? – смеялись дяди, явно моя игра им понравилась.

- Что в рюкзаке, вы узнаете, если выиграете его у меня! – сказал я, подняв пальчик. – Одно могу сказать: там всё, что у меня есть. Вот ты, - указал я на своего собеседника, - Готов поставить на кон всё своё имущество? Вот то-то! – значительно сказал я, увидев, как мужчина мнётся.

- Ну что? – спросил он у Константина Петровича, - согласен на предложение пацана? Видишь, чтобы выручить тебя, он готов поставить на кон всё своё имущество. Отыграй хоть половину!

- Была, не была! – махнул рукой Константин Петрович.