Страница 91

- Умница, Сашенька, - сказала бабушка, - молиться надо за своих любимых, коммунист ты, или нет.

- Я согласен с вами, бабушка, - поддержал я её, а дед почему-то опустил голову.

- Что же мы сидим? – опомнилась бабушка, - Давайте ужинать!

Мы поужинали вкусным супчиком, и я начал зевать.

- Что, Сашенька, спать захотел? – ворковала бабушка.

Я посмотрел на свои грязные ноги. Ведь целый день бегал босиком!

- Мне бы помыться, весь извозился, - вопросительно посмотрел я на бабушку.

- А вот тут, дед сделал душ,. – показала бабушка на знакомую постройку из бочки и оббитой клеёнкой будочки, - Вода за день нагревается, тёплая сейчас.

Я сбегал за обувью и мыльными принадлежностями, и помылся, почти горячей водой.

- Пойду спать, - заявил я, пробегая мимо стариков.

- Спи спокойно, малыш, утром разбужу, - успокоил меня дедушка.

- Хорошо! – крикнул я, карабкаясь по приставной лестнице.

Здесь я залез в спальник Андрея, который был большим и удобным, как домик. Немного поворочавшись, затих.

Страшнее кошки зверя нет.

Утром в моей комнатке зазвонил колокольчик. Я сначала не понял, где нахожусь, но тут колокольчик зазвонил снова, и я услышал:

- Вставай, засоня, петухи давно пропели!

Зевнув и потянувшись, я открыл глаза. За окном уже было светло. Прихватив туалетные принадлежности, скатился по лестнице вниз. Зябко передёрнул плечами, потому что после тёплой постельки показалось холодно и сыро. Слегка заныло где-то, то ли в груди, то ли в животе. Ну никак не хотелось отправляться в дальнейший путь из такого уютного уголка!

Где вы, мои родные дедушка и бабушка? Как не было в прошлой жизни, так нет и сейчас.

Старательно надраив зубы и мордень, поспешил к старикам, которые уже накрыли стол и ждали меня.

- Саша, оденься! Простынешь! – сердито сказала бабушка. Я подумал, и побежал одеться, да и рюкзак пора снимать вниз.

Оделся в те же трикотажные шортики и маечку. Потом посмотрел на портрет Олега, и решил написать письмо Андрюшке. Здесь была полка с книгами, и тетради с карандашами.

Я сел за стол и вывел наиболее красивым почерком почти отличника:

«Андрюшка! Береги бабушку Лару и деда Афанасия! Они у тебя золотые, и осталось им не так уж много. Постарайся быть с ними почаще и подольше!

Твой двоюродный брат Саша».

Сложив листок бумаги вчетверо, затолкал за портрет Олега так, чтобы кончик немного торчал.

Подмигнул Олегу, и вышел, чтобы больше никогда сюда не вернуться.

Попив чай с бутербродами, я обнял расстроившуюся бабушку, и мы пошли с дедом на дорогу, ведущую в пионерлагерь «Соколёнок».

Я не надеялся, что там меня опять встретят, как своего, полоса необыкновенных удач должна уже кончиться. Мне и так необычайно повезло со стариками, да и то, благодаря моей наглости и чувства опасности. Лейтенант явно меня узнал, но засомневался, увидев мирную семью, а не одинокого бандита, вырезающего финкой милиционеров. А, может, потому и не стал выяснять личность, и пошёл за подкреплением? Я усмехнулся: в этом случае он прав, а то внешность обманчива!