Страница 75

– Я надеялся повидаться с вами до наступления темноты! Но как это грустно – видеть вас среди руин, моя нежная Изабель!

– Это дело рук самого дьявола! Что останется от нашей страны, когда они уберутся восвояси?

По щеке девушки скатилась слеза, но она взяла себя в руки. Ей не хотелось плакать перед Николя. У него были другие заботы, кроме как вытирать ее слезы… Однако именно это он и сделал, а потом нежно ее поцеловал.

– Изабель, ну почему ваш отец упрямится? Вы должны уехать из города! Здесь вам не место! Поезжайте к родственникам в Шарльбур…

– Моя мать не хочет уезжать. И я… я тоже не хочу.

– Но почему? Здесь ваша жизнь подвергается опасности!

– Но ведь я до сих пор жива, не так ли?

И она попыталась улыбнуться. Он посмотрел на нее и вздохнул. Эти месяцы расставания обоим показались долгими и мучительными. Ощущая, что разумом овладевает отчаяние, Николя страстно желал увидеться с возлюбленной этим вечером. И вот она рядом! Чувства буквально захлестнули его. Ему захотелось подхватить ее на руки и унести на первый же корабль, отправляющийся на далекую родину. Увезти ее прочь отсюда, от этой затянувшейся войны, от рыскающей по улицам города смерти… Там она будет в безопасности от бомб и от англичан, которые, похоже, решили навсегда обосноваться в этих краях, ими же самими и разграбленными. Отсутствие уверенности в будущем – вот что мучило его больше всего. Если конфликт закончится победой англичан, ему придется уехать во Францию. Но захочет ли Изабель последовать за ним, достаточно ли сильна для этого ее любовь?

– Как вы тут оказались совсем одна?

– Дети хотят есть, Николя, и я помогаю урсулинкам раздавать то немногое, что удалось найти. Но в последние дни еды совсем мало… На них жалко смотреть!

В это легко было поверить. Голод свирепствовал в городе и его окрестностях. Ополченцы и солдаты тоже едва держались на ногах. Щеки у них давно запали, пальцы с трудом удерживали ружья. Угрозы телесных наказаний давно было недостаточно, чтобы удержать людей на поле боя. Каждую ночь они уходили из лагеря десятками, возвращались в родные дома в надежде успеть скосить хоть немного пшеницы, если она еще осталась.

– А вы, мой милый друг, что привело вас сюда?

– Мне хотелось увидеть вашу улыбку, и я решил заехать к вам, а уже потом отправиться в Центральную больницу, где мне нужно справиться о здоровье господина де Рамзея. Изабель, вам не следует покидать дом без сопровождения! Женщине опасно ходить одной!

– Тогда проводите меня до дома, мсье де Мелуаз!

Изабель улыбнулась. В закатных сумерках ее белокурые волосы, выбившиеся из-под чепца, отливали золотом, а кожа казалась еще более нежной и прозрачной. Он поклонился, взмахнув своей треуголкой, и с улыбкой предложил девушке руку. Ведя лошадь за уздечку, молодые люди зашагали по гулким камням мостовой.

– У вас большой опыт в военных делах, Николя, и вы уж наверняка знаете, что нас ждет…

Николя замедлил шаг. Он не ожидал услышать такого от своей прекрасной Изабель. Еще меньше ему хотелось обсуждать с ней неудачи канадской армии. Достаточно того, что ему придется говорить об этом с лейтенантом де Рамзеем сегодня вечером… Но, быть может, она хочет услышать от него нечто обнадеживающее?

– Мы все еще сопротивляемся противнику, а скоро придет зима и прогонит его прочь из Канады.

Изабель остановилась и посмотрела на него с явным раздражением.

– Николя, я, конечно, женщина молодая и без… как правильно сказать… без жизненного опыта, но это не значит, что я дура! Вы сейчас ответили так только потому, чтобы доставить мне удовольствие! Я вижу вокруг столько страданий, что так просто меня не обмануть!

Мсье де Мелуаз опустил глаза. Он был расстроен.

– Не хотел вас обидеть, Изабель, но правду не всегда приятно слышать.

– Разве правда может быть ужаснее, чем это прискорбное зрелище? – вскричала она, обводя рукой окружавшие их руины. – Скажите, почему английских кораблей на рейде становится все больше? Я думала, они планировали атаковать нас со стороны Бопора…

– По нашему мнению, англичане пытаются отрезать нас от отрядов, которые находятся сейчас в Труа-Ривьер и Монреале, и воспрепятствовать доставке продовольствия в город. Бугенвиль не успокоится, пока не отбросит их к деревне Дешамбо.

– Не думаете ли вы, что они могут попытаться там высадиться?

– Мы к этому готовы. Полк Гюйенна стоит лагерем на Полях Авраама на случай, если…