Страница 101

Миновав переулок, мы двинулись… куда-то. Дорога тянулась мучительно долго, дважды прерванная остановками. Сначала – аптека, где я спешно собрала всё необходимое для оказания первой помощи. Второй раз – когда Мэдоку стало совсем худо, земля ушла у него из-под ног, и он, едва не рухнув, потянул меня за собой. Ох, и тяжёл же! Наконец, впереди замаячили полуразрушенные дома на самой окраине Сиднея. Место, где, казалось, время остановилось. Заброшено. Безлюдно. Во всяком случае, официально. Мэдок, нетвердой походкой, направился к густому сплетению сухих деревьев. Придерживая его, я обречённо вздохнула. Опять заброшка. Прекрасно.

Продираясь сквозь колючие ветви, мы оказались… Вау. Да это же настоящая берлога! Снаружи, заслонённая переплетением ветвей и обломками строительного мусора, притаилась небольшая лачуга. Никогда бы не подумала, что здесь может быть что-то живое. Маленький домик. С двориком и даже подобием веранды. Оригинально.

Едва переступив порог, мой невольный спутник повалился на меня всей своей немалой массой. Ой. Ой. Ой. Ай! Еле удержав его, я осторожно опустила Мэдока на старый, обшарпанный диван. Он потерял сознание. Вот тебе и раз! Лицо его было мертвенно-бледным, под глазами залегли зловещие тени. Ссадины и царапины густо покрывали кожу. Чёрт!

Поспешно отыскав ванную, я смыла с рук въевшуюся грязь. Так! Теперь, нужна горячая вода. Куда идти? Интуиция подсказала – налево! И точно – кухня! То, что нужно. Ха. А кухня оказалась неожиданно уютной. Чистые полки, на которых аккуратно выстроилась посуда. Обнаружив старую кастрюлю, я наполнила её водой и поставила на плиту, а сама вернулась к своему пациенту. Итак. Приступим.

Освободив Мэдока от косухи и подняв футболку… Вау! Вот это рельеф! Так! Отбросив лишние мысли, я мысленно прикинула объём работы. М-да. Немалый. Как он вообще… А, точно, модифицированный. Рана на боку выглядела ужасно. К сожалению, я могу помочь ему только с ней. С ядом мне не справиться, а вот рану обработаю. Он, конечно, сам регенерирует, но если не помочь, процесс затянется. Поэтому…

Засучив рукава, я щедро полила руки спиртом, тщательно протерев каждый сантиметр кожи. Только заразы мне тут не хватало! Вооружившись пинцетом, я принялась осторожно, миллиметр за миллиметром, извлекать из раны мелкие частички мусора, обломки веток, волокна ткани и еще бог весть что. Ранили его чем-то острым и широким. И у раны какая-то странная форма… Словно отпечаток руки… Я резко оборвала размышления, тряхнув головой. Не моё дело. Моя задача – помочь, и всё. А потом – домой. К своим проблемам.

Наконец, закончив извлекать инородные тела из раны, я принесла горячую воду и аккуратно промыла поврежденное место.

Обработав края раны спиртом, а затем залив её перекисью водорода, я тщательно заклеила всё стерильным пластырем. Зашивать не буду. Директор как-то говорил, что это только помешает регенерации и замедлит её. И только когда всё было закончено, я облегченно вздохнула. Всё! Чёрт! Оказалось, это чертовски напряжённо. Никогда раньше не делала ничего подобного, только наблюдала. Собрав окровавленные бинты и прочий мусор, скомкала всё в пакет. Вымыв руки, я вернулась в комнату и, словно желе, я растеклась в кресле. Изнеможение сковало всё тело. А теперь…

Эти глаза…

Сняв очки, машинально потёрла покрасневшие веки.

…болят невыносимо. Я совсем их измучила.

Водрузив оправу на место, я задумчиво уставилась на Мэдока и тут же напоролась на его пристальный взгляд. Он не моргал, буравил меня своим вниманием, но в его глазах больше не было ледяной отстранённости. Скорее… изучающее любопытство. В сочетании с его потусторонней красотой это производило жутковатый, но притягательный эффект. Глаза – просто фантастика. Хм-м. Слегка наклонив голову, я задумалась. Он не спит? Давно очнулся? Наверное, ему адски больно. М-м.

– Ты солгала лишь однажды, – прозвучал его хриплый, словно надтреснутый, голос.

Я вздрогнула от неожиданности. Не думала, что он захочет заговорить. Серьёзно? Со мной? Мы же вроде как невольные союзники. Хотя, может, ему просто скучно, или это способ отвлечься от боли. Интересно, как там его тело? Яд действует? Но… что он сказал? Солгала? Я? Что? На мой удивлённый взгляд он лишь поморщился и попытался устроиться поудобнее, стараясь не задеть рану.

– Когда сказала, что ты просто "обычная" школьница. Ты считаешь себя необычной. Почему?

Он что… чувствует ложь? Ого. Классно. Но… что значит, ты считаешь? Не он понял, а я считаю? Интересно… Типа… я думаю, что говорю неправду, и он это чувствует? А как это работает? Как моё предчувствие? Или иначе? Любопытство вспыхнуло с новой силой. Со сверкающими глазами я смотрела на него, а он, наклонив голову, сузил глаза. Я невольно подалась вперёд. Что? Заметив его вопрошающий взгляд, я удивлённо вскинула брови. Потом вспомнила, что он задал мне вопрос. А… Ой.

– Потому что… ну, потому что я гений. Кхем… – смущённо откашлявшись, ответила я на вопрос.

– Гений? – медленно и протяжно произнёс он.

– Да. Я гений, – пожала я плечами, не зная, как еще это объяснить. – Мой IQ равен 215 баллам, – обычно все отставали от меня, когда узнавали, что я гений… но, похоже, не он. С усмешкой, скользнувшей по губам, он откинулся на спинку дивана.

– Сперва я сомневался, но теперь уверен – ты что-то знаешь. Твоё лицо не дрогнуло, когда мы сражались, демонстрируя нечеловеческую скорость и силу. Спокойствие в твоих глазах, когда ты видела мои… Отрешённость и собранность, подчинение командам, выполнение приказов без лишних вопросов… Словно ты… боец. Словно уже не раз оказывалась в подобных переделках, – неторопливо поднявшись, он, подобно хищнику, стал плавно стягивать дистанцию.

– Э-э-э. Стой! Не подходи! – я вжалась в спинку кресла, не сводя с него взгляда.