Страница 33

— Мотоцикл. — Всё ещё приходя в себя, он посмотрел на свою гордость и радость.

Веном взял Рэнсома под другую руку.

— Я позвоню одному из местных вампиров, как только окажемся в воздухе. Он припрячет его.

Не говоря больше ни слова, они наполовину бежали, наполовину тащили Рэнсома к вертолёту, и едва успели сесть, как земля снова начала дрожать. Не потрудившись надеть наушники, Веном просто крикнул:

— Держитесь! — И взлетел. Вертолёт трясло, но Веном стиснул зубы и крепко держал штурвал, поднимая их в воздух. Елена посмотрела вниз.

— Господи. — Город под ними буквально плясал, дороги дыбились волнами, здания сваливались в образовавшиеся каньоны.

Но хорошо, что не весь Бостон трясло. Землетрясение казалось странно локализованным — примерно в радиусе пятидесяти метров вокруг места, где стоял вертолёт. Вряд ли это природное явление.

«Она просыпается».

Если такое она могла творить во сне…

Заставив Рэнсома пойти в больницу, Елена отказалась уходить, пока не приехала его библиотекарь. Нири была неожиданностью, потому что Елена понятия не имела, чего ожидать. Не выше ста шестидесяти сантиметров, но с шикарнейшими формами. И синий кардиган, который она застегнула до самой шеи, скорее всего, был прикрытием от внимания. Хотя мало чем помогал, даже с юбкой фасоном из пятидесятых годов и балетками.

Когда Нири приблизилась, Елена заметила, что кожа у неё с лёгким загаром, а черты лица весьма необычные, что сложно отнести к какой-то одной этнической группе… Но больше всего привлекали внимание её глаза. Огромные и шоколадно-карие, переполненные беспокойством.

Она даже не заметила Елену, стоящую в палате, так была сосредоточена на своём мужчине.

— Рэнсом! — Она нежно, аккуратно убрала волосы с его лица. — Малыш, больно?

К изумлению Елены, Рэнсом не оттолкнул руки девушки, а подался вперёд, ища больше прикосновений. Впервые в жизни Елена видела, чтобы Рэнсом позволил кому-то с собой нежности… В этот момент она и заинтересовалась женщиной, похитившей сердце друга. Однако это любопытство придётся отложить до следующего дня. Стараясь держаться в тени, она выскользнула, пока пара видела только друг друга.

Когда она выпрыгнула из вертолёта на мокрую зелёную траву возле дома, было уже далеко за полночь.

— Ты здесь сегодня ночуешь? — спросила она Венома.

Он мотнул головой и закрыл дверцу перед её носом.

— Ну, — проговорила она, — и тебе спокойной ночи. — Опустив крылья, как уставший ребёнок, она направилась в объятия своего архангела. Он обнял её и укрыл от ветра, поднявшегося от лопастей взлетающего вертолёта.

Наполнив лёгкие запахом дождя, она выдохнула и вновь глубоко вдохнула, и повторяла это, пока не ощутила, как внутри ослабевает напряжение

— Архангел, как прошёл твой вечер? Мой весьма занятно.

«У тебя ссадины, Елена. Я требую объяснений».

Если бы он потребовал такое при их первой встречи, Елена бы огрызнулась, но сейчас… Своего рода, приятно осознавать, что кому-то не всё равно, что ты поранилась на работе.

— Расскажу, если ты накормишь меня и дашь принять горячую декадентскую ванну. — В этой ванне они впервые прикоснулись друг к другу со всей страстью, и каждый раз, вспоминая это, Елена задыхалась.

— Пошли.

Затрепетав от сексуального подтекста этой команды, она взяла его за руку, и они пошли в их комнату. Именно тогда она увидела кровь на его рубашке.　

— Эй! — Она остановилась… или пыталась остановиться. Когда Рафаэль продолжил идти, она решила всё выяснить в спальне. Как только закрылась дверь, Елена отстранилась и упёрла руки в бока. Ссадины больше не болели, но выглядели не ахти.

— Снимай рубашку.

Выгнув бровь, он стянул её через голову, мягко шурша крыльями. Спустя секунду, он бросил рубашку на пол с самым угрюмым выражением лица. Елене внезапно захотелось опрокинуть Рафаэля на кровать и заняться умопомрачительным сексом, чтобы у них обоих разжижились мозги. Борясь с искушением, она подошла к его спине.