Страница 32

К закату всё было закончено. Массированный артиллерийский удар по порту и кораблям противника привел к тому, что и подранки, и вспомогательный крейсер вместе с канонеркой ушли на дно. Строения порта пылали, выбрасывая в сгущающихся сумерках столбы пламени вверх. На внешнем рейде было пусто. Стационеры и суда, не несущие флаг Японской империи, постарались уйти подальше в море, чтобы не попасть под обстрел.

Японцы не сдались без боя. Даже находящиеся в ремонте два крейсера до последнего вели ответный огонь, осознавая свою участь. Один из японских миноносцев, прикрываясь выходящими с рейда стационерами и гражданскими судами, пошёл в самоубийственную атаку на русский флагман. Содрогаясь от попаданий, он вышел на рубеж атаки и успел выпустить две торпеды. Одна шла мимо, а на пути второй встал эскадренный миноносец «Страшный» под командованием капитана 2-го ранга Юрасовского, старого знакомого адмирала Макарова.

Именно его миноносец во время учений Практической эскадры в аванпорту Либавы, стремясь выпустить мину с кратчайшей дистанции, на скорости около двенадцати узлов таранил «Адмирала Ушакова», сделав «небольшое углубление» в борту броненосца.

Только заступничество адмирала Макарова перед Николаем II спасло тогда офицера от гнева генерал-адмирала Романова. А теперь Константин Константинович, отдавая долг, спас «Цесаревича», поставив свой миноносец на пути вражеской самоходной мины. Пятьдесят восемь человеческих жизней в обмен на восемьсот.

Степан Осипович навёл бинокль на то место, где несколько часов назад, переломившись пополам, скрылся под водой «Страшный». Спасти никого не удалось.