Страница 64

– Это жалкие полумеры. Пока вся земля не будет в собственности у крестьян, голод в России не победить, – перебил меня Красин.

– Сразу видно, что от крестьянского вопроса вы далеки, Леонид Борисович. Вам хоть известно, что на одну дворянскую десятину сейчас приходится двадцать пять крестьянских? Вам бы на эту тему с Петром Аркадьевичем Столыпиным поговорить. Им, кстати, разработана большая переселенческая программа крестьянских семей в Сибирь, которую император уже одобрил. Сразу после окончания войны, как только освободится от воинских грузов Великий Сибирский путь, она и начнётся. Выразившая желание выехать из Европейской России в Сибирь семья избавляется на десять лет от всяких налогов, получает в полную собственность участок земли в пятнадцать десятин и денежное пособие в двести рублей. Кроме того, семья будет перевозиться со всем имуществом за казённый счёт до места поселения. Император под это дело решил выделить в крестьянский фонд сорок миллионов десятин собственной земли в Сибири.

– Тимофей Васильевич, этот господин действительно так ценен, что вы перед ним целый час распинаетесь? По мне, так пускай пропадёт без вести. Нечего с ним рассусоливать. Как вы говорили, ноги в тазик с цементом, а как тот застынет, в Рону раков кормить. Даже живот резать не надо. С таким грузом точно не всплывёт, – вмешался в наш разговор Буров, изобразив самое зверское лицо.

Жаль, его Красин не увидел, но интонацию прочувствовал. Да и картинку Пётр Фёдорович нарисовал замечательную. Надо же мне было как-то рассказать о таком способе избавления от трупа.