Страница 76

— Зовите.

Через несколько секунд в спальню вошёл штабс-капитан Пешков — старший группы фельдъегерей Гатчинского дворца. Расстегнув опечатанную сумку, достал из неё пакет, также запечатанный несколькими сургучными печатями, в котором угадывался какой-то цилиндрический предмет.

Разорвав пакет, император достал китайский тубус для бумаг. Повертев его в руках, попытался свернуть крышку, хмыкнул и отдал офицеру.

— Что-то не пойму, Леонтий Николаевич, как он открывается.

Пешков, осмотрев внимательно тубус и целостность печати, попробовал отвернуть крышку против часовой стрелки. Крышка не поддалась, попробовав крутить в другую сторону, офицер открыл наконец-то тубус и достал из него лист бумаги, который передал императору.

Николай II, быстро пробежал глазами текст и задумался.

— Леонтий Николаевич, срочно вызовите ко мне завтра на утро генерала Куропаткина, Витте, графа Ламсдорфа и Бадмаева.

— Слушаюсь, Ваше императорское величество.

— Выполняйте, капитан, — произнёс Николай II и вновь задумался.

— Что-то случилось, Ники?

— Пока нет, дорогая, но, вернее всего, скоро случится. И чувствую, Ермака мы ещё долго не увидим.

— Рад видеть вас, господин флигель-адъютант, проходите, присаживайтесь, — адмирал Алексеев указал на стул рядом с небольшим кофейным столиком, излучая радушие.

Выйдя из-за рабочего стола, генерал-губернатор Маньчжурского военно-административного округа и командующий военно-морскими силами в Тихом океане также подошёл к столику и расположился на втором стуле, показывая рукой, чтобы я садился.

— Как время-то бежит. Три года назад я разговаривал с капитаном Генерального штаба, который вёз на испытания партию ружей-пулемётов Мадсена. А теперь передо мной сидит флигель-адъютант, начальник Аналитического центра при российском императоре, который прибыл с инспекцией на дальний Восток и в Маньчжурское губернаторство глазами и ушами самодержца нашего, — Алексеев говорил с шутливой интонацией, но глаза его при этом были серьёзными. — Ну да ладно, вспомнили прошлое, приступим к настоящим делам. И давайте без чинов, Тимофей Васильевич.

— Спасибо, Евгений Иванович.

— Насколько я понял, план по Сасебо провалился, но ваш отряд активно принял участие в бою на рейде Мозампо? — спросил адмирал, который был в курсе операции.

— Да, нам некогда было выбирать другие цели. А тут так удачно всё совпало. Жаль только «Варягу» не удалось вырваться.

— Жаль. Я хорошо знал Всеволода Фёдоровича, он много сделал, будучи старшим помощником командира Порт-Артурского порта для увеличения обороноспособности крепости и Квантуна. Это я поспособствовал, чтобы он получил под своё командование «Варяг». Сейчас даже виню себя в этом, — Алексеев тяжело вздохнул. — Но с другой стороны такая яркая гибель, о которой поют такую песню. Спасибо вам, Тимофей Васильевич. Насколько мне сообщили — это вы автор?