Страница 53

— Иной раз думаешь — ну почему не зимой случилось? Сколько бы народу уцелело…

— Почему? — удивился я.

— Тулупы да шапки хоть как-то защитить могли. Опять же, речки да каналы льдом покрыты — сколько бы людей не утонуло, а по ним выбралось? Вот так и думаю, думаю, а потом понимаю, что не в зиме дело, а в тех сволочах, что стреляли да командовали. Поубивать бы их всех, да нельзя, вот и бешусь, — Красин помолчал. — Может, все-таки можно, самых рьяных, а? Пусть эсеры займутся? Объявить, что в каждом случае стрельбы по народу мы будем проводить свое расследование и если кто отдал приказ стрелять в мирных и невооруженных людей, то Исполком будет приветствовать акцию возмездия в его отношении.

— Хм… Вообще да, как начнется активная фаза революции, масса отчаянной молодежи кинется в анархисты, а они, судя по последним статьям, ничего лучше безмотивного террора не придумают. Так пусть хоть карателей отстреливают, а не первых попавшихся.

— Активная фаза? Уверены? — с надеждой обернулся ко мне Красин.

— Уверен, уверен, — утвердительно покачал я головой, а чего мне не быть уверенным, если все идет примерно так же, как помню, только со сдвигом на пять-семь месяцев?

— И восстания будут?

— И восстания. И карательные экспедиции. И ускоренные суды. И виселицы. Так что разворачивайте как минимум тысячу боевиков, оружия должно хватить, еще из демобилизованных амурцев можно набрать, да пулеметы — нужно будет несколько крепких отрядов, есть у меня мысли, чем их занять. Кстати, как там с литературой для военнопленных?

— Шифф слово держит, “Правда” и брошюры в Японию поступают регулярно, уже есть ячейки в нескольких лагерях. По нашим прикидкам, к весне их будет шесть-семь десятков.

— Ну вот, войну, полагаю, зимой закончат, весной будут возвращать пленных, вам пополнение, — я приобнял и слегка встряхнул Леонида. — И сахалинцы еще будут, народ обстрелянный. Назовем, скажем, “Армией Свободы”.

— Почему? Может, “социалистической армией”?

— Не-не-не, у нас в Союзе Правды и так все сплошь социалисты и республиканцы и все за свободу. Вот пусть и гадают, чья это армия — эсеров, эсдеков или анархистов. По-моему, подходящее название.

И будет у нас мало того, что Народный фронт, так еще и Шин Фейн с Ирландской Республиканской Армией, спасибо ирландцам за идею. Хорошая метода у них вышла — одни легально в парламенте заседают, курсы ведут, статейки пишут, другие из подполья сассенахов мочат, а разделение труда, как известно, повышает производительность. А у нас посередке еще и прослойка “практиков” будет.

— Слушайте, Лавр Максимович, у вас опять звездочки с погон пропали! Чтож за напасть такая?

— Досрочно произведен в полковники, да еще “владимира” с мечами выхватил, так сказать, за отличие в деле с неприятелем, — с гордостью сообщил казак.

— Ого, были, значит, в бою?

— Ну, не совсем, — смутился Болдырев, — но разведку японскую мы пару раз крепко ущучили.

Свежеиспеченный полковник с интересом осваивал кресло в моем кабинете, катаясь туда-сюда и регулируя наклон спинки. Кстати, надо бы мне обзавестись пишущей машинкой, ундервуды уже вроде выпускаются, а компьютерную раскладку клавиатуры я должен помнить, литеры мне на заводе Бари отольют или еще где.