Страница 10

Осень 1897

Вот это номер! Сам Савинков, будущий глава Боевой организации Партии социалистов-революционеров! Писатель, террорист, министр Временного правительства — по сути, первая историческая личность на моем пути, если не считать Зубатова. Сказать, что я был огорошен мало, поначалу я даже не принимал участия в общем разговоре, хотя был чем-то вроде гвоздя программы, большинство пришло послушать и поглазеть на «американского инженера».

Двери из библиотеки в гостинную были распахнуты, принесены еще стулья и кресла, на них расположились восемь-девять барышень в платьях с рукавами-буффами по текущей моде, вокруг них вилась дюжина молодых людей, все больше студентов и гимназистов, и пара-тройка мужчин постарше, один даже в тужурке инженера-путейца. Это были знакомые и знакомые знакомых младших Белевских, принадлежавшие по преимуществу к «прогрессивной молодежи».

Чтобы прийти в себя от радости нежданной встречи с Савинковым, я двинулся в гостинную, где на обширном дубовом столе под белой скатертью стоял графин с водой и успел выцедить стакан, пока некий молодой человек в студенческом мундире выдал речь о демократии, за образец которой он считал САСШ. Федеральное устройство и всеобщие выборы вызвали решительное одобрение присутствующих, студент даже пару раз сорвал аплодисмент — правда, хлопали ему все больше девушки, ради которых он, видимо, и витийствовал.

Оратор перешел к разделению властей, все чаще поглядывая на меня искоса, видимо, ожидая моего выступления в поддержку. Реноме себе я за прошедшие встречи составил без малого социалистическое, так что ожидания эти были небезосновательны. Но мне подумалось сыграть от противного и после пары реплик-возражений я, ухватив паузу, выдал полноценную политинформацию о том, как устроена демократия в Штатах, со всеми ее подкупами на выборах, с дикой коррупцией в полиции, с откровенной дискриминацией даже по отношению к белым. Да-да, к белым — ирландцев в Америке гнобили и продолжают гнобить, таблички No Irish need apply проживут еще лет десять. Собравшиеся буквально открыли рот, а я добавил про истребление индейцев, самозахваты, невозможность отличить шерифа от бандита на Диком Западе — в конце концов, фильмы про индейцев и ковбойцев мы все смотрели, Гойко Митича помним с детства. А войны за ресурсы, которые вели частные компании, нанимая по сотне-другой головорезов, произвели эффект разорвавшейся бомбы, поскольку не то, что в сонной Европе, но даже и в российской Сибири было невозможно представить, чтобы разнимать «спор хозяйствующих субъектов» приходилось кавалерийскому полку с пушками.

Сеанс черной магии с последующим разоблачением я счел удавшимся, даже слишком — все время, пока я держал спич, Наташа не сводила с меня глаз.

Закруглиться я попытался пассажем про молодой американский империализм, про «Доктрину Монро», согласно которой САСШ намерены заправлять всеми делами в Латинской Америке и что они непременно будут к этому стремиться.

— И как, по вашему мнению, они этого добьются? — раздался вопрос от двери, из которой, пока мы толкали речи, незаметно вышел сам хозяин. Генерал-лейтенанту Белевскому было под шестьдесят, был он невысок, широкогруд, с хорошим русским лицом и густой бородой — переодень в армяк, ни за что не отличишь от крестьянина центральных губерний. По его появлении возникла суета, знакомые поспешили засвидетельствовать почтение, незнакомые вроде меня были представлены, но через несколько минут вихрь затих и все вернулись на свои места, уступив генералу одно из кресел. В этой суматохе Михаил успел мне шепнуть, что Семен Аркадьевич сейчас ведает одним из отделов в Главном штабе и вообще интересуется «вестями с полей».

— Так как же Североамериканские Штаты намерены устанавливать свою гегемонию на континенте, мистер Скаммо?

— Методы проверенные — подкуп правителей, если они готовы продаться или устройство переворотов, если не готовы. По необходимости — применение военной силы, от посылки канонерок до полномасштабной войны.

— С кем же? С Канадским доминионом прекрасные отношения, с Мексикой последние сорок лет тоже все спокойно, Испания Америке не враг…

— Вот как раз с Испанией, и в самое ближайшее время.

— Это довольно оригинальное суждение, на чем же оно основывается?