Страница 46

Более того, мы с Черновым совпадали в том, что необходимо создавать массовое народное движение, основу революционной пирамиды, включающее не только пролетариев, но и «трудовое земледельческое население деревень», как он сам называл крестьянство.

А вот со взглядами на террор мы разошлись.

— Я в будущем, когда мы соорганизуемся, предполагаю действие народовольческим методом.

— И что вам это даст? «Народная Воля» была уж куда как эффективна, даже царя угрохали, а толку никакого. Стоило государству только закрутить гайки потуже и вуаля — почти два десятилетия тишины.

— У народовольцев террор был самодовлеющим, я же представляю его себе как революционную запевку солистов, чтобы припев был тотчас же подхвачен хором, то есть массовым движением, которое во взаимодействии с террором перерождается в прямое восстание.

— Да почему же вы все так зациклены на восстании? Это — крайний, крайний, вы понимаете? метод, когда уже не осталось никаких других. Битье всех горшков в доме, фигурально выражаясь. А у нас есть и агитация, и пропаганда, и артельное движение, то есть создание ячеек социалистического общества, да то же образование, в конце концов!

Сидя на скрипучих стульях у колченогого стола, на котором стояли две бутылки с дешевым вином, закуска и стаканы с ложками-вилками, мы вели разговор почти шепотом, прерывая друг друга касаниями рук.

— Охранка, Виктор Михайлович, как вы понимаете, как раз набила себе руку на противодействии подполью и провокациях террористов. И вы лезете туда, где противник сильнее всего, что противоречит всем принципам стратегии — бить его надо там, где он слаб, в идеале скопом, как батьку.

— Ну и где же это, по вашему мнению?

— Да вот как раз в образовании, пропаганде и создании структуры широкого движения. Ну что может царизм противопоставить революционным идеям? Православие, самодержавие, народность? Не смешно, даже неидеальная Марксова теория кроет этот набор, как бык овцу! Вы хотите восстания, вызванного узкой группкой революционеров — так это будет тот самый русский бунт, бессмысленный и беспощадный, именно поэтому я говорю о структурах, которые смогут народную стихию направить не в разрушительное, а в созидательное русло.

— Но это крайне долговременная работа, с неясными шансами на успех!

— Зато без риска залить всю страну кровью. Вы что думаете, нераспропагандированные войска откажутся стрелять? Наоборот, пойдут на ура за царя-батюшку. А вы против регулярной армии выставите неподготовленную массу да подпольщиков, которые в лучшем случае умеют палить из револьвера да возить нелегальщину в чемоданах с двойным дном или в подметках обуви.

При этих словах Чернов машинально убрал под стул вытянутые было вперед ноги, но потом спохватился и кинул на меня тревожный взгляд проверить, заметил ли я это движение.

— Что, угадал? В подметке? Или в каблуке? — я засмеялся.