Страница 27

По приезде в Дун Роб Кеннеди очень обрадовал Элизабет известием о королевской милости — разрешении праздновать свадьбу в Стерлинге. Но, после того как леди узнала, что до торжества осталось всего две недели, ее настроение переменилось:

— Это невозможно! Соберется пол-Шотландии. Тине и Бесс нужны новые наряды, Бесс вообще надо полностью обновить гардероб. Два месяца — это еще куда ни шло, но две недели?

Роб в негодовании прошептал Аде:

— Заставь ее прислушаться к голосу разума, мы не можем заставлять Аргайла ждать и отказывать королю.

Элизабет продолжала:

— И потом, поползут сплетни, отчего это мы так торопимся с женитьбой.

Кротко глядя на мать, Тина сказала:

— Сплетни как раз поползут, если мы не поторопимся с женитьбой.

Сообразив, в чем дело, леди выплеснула раздражение на старшую дочь:

— Ах ты бессовестная! Стоишь здесь, слушаешь и даже не краснеешь, обсуждая такие позорные для девушки вещи. Вот оно, твое современное воспитание, Ада! Ни скромности, ни застенчивости — одно бесстыдство!

Гувернантка сухо ответила:

— Возможно, но зато она не повторит ошибку Мэгги.

Элизабет поджала губы, но времени на споры уже не оставалось, через десять дней надо было отправляться в Стерлинг.

В этот день гонцы с приглашениями разъехались по всем направлениям. Список гостей, составленный Робом, насчитывал девять графов с представителями их кланов, более двадцати человек из их собственного клана, а перечисляя Дугласов, леди Элизабет пришла в ужас от количества этих наглецов, разбросанных по всей стране. Приглашения, однако, не удостоились те кланы, которые не пользовались расположением короля и Аргайла.

Все женщины в замке умели шить, а Ада придумывала покрой и руководила приготовлением нового гардероба для Бесс, платья для Элизабет и нарядов подружек невесты для обеих сестер Кеннеди. По пути в Глазго Тина узнала, что любимый цвет Мэгги — голубой, и решила, что платье такого цвета будет прекрасно сочетаться с медным оттенком ее волос. И, хотя она терпеть не могла возиться с ниткой и иголкой, пришлось помогать Аде, занижая вырезы нескольких платьев, пусть не новых, но еще не виденных при дворе. В своем шкафу Тина обнаружила наряд, который еще ни разу не надевала. Ткань платья, сквозь которую просвечивала черная нижняя юбка, представляла собой сочетание оранжевого, янтарного и рыжевато-коричневого цветов. Это необычное одеяние оставляло впечатление звериной шкуры, и, повинуясь импульсу, девушка отложила его для поездки.

На кухне мсье Бюрк упаковывал варенье, изюм и цукаты для свадебного пирога. Француз должен был продемонстрировать свое искусство в Стерлинге. Робу Кеннеди пришлось специально съездить на один из своих кораблей, бросивших якорь в Эйре, чтобы привезти различные специи и орехи. Главе семейства стоило большого труда запомнить все названия и не перепутать миндаль с мускатным орехом, а корицу с имбирем.

— Чертов поваришка! — бормотал Роб, складывая на кухне мешочки с редким товаром.

Леди Валентина решила проехать до Стерлинга верхом вместе с братьями. Ей удалось убедить отца, что она будет в полной безопасности. Тине было жаль Аду, которой придется проделать сорок с лишним миль в громоздкой неудобной карете, к тому же в компании с Элизабет, Бесс и Кести.

Всю дорогу Дункан и Дэви безжалостно высмеивали старшего брата, напоминая ему о тяжелых оковах супружества, но Донал воспринимал брак философски, зная: это как раз то, что ему требуется. Огонек в глубине души была согласна с шутниками, но предпочитала помалкивать. Она помнила, что весьма скоро может наступить и ее черед. Всадники проезжали высокие башни, построенные для лучшего обзора и защиты от врагов, пересекали ручьи и ущелья, и часто у девушки просто захватывало дух от раскрывающейся перед ними красоты. Рев водопада, пробивающего себе путь среди скал и холмов, поросших сосняком, сменял тихую прелесть зеленых полян (нарушаемую только щебетом птиц) или загадочное молчание озер, блестящих под солнцем, как шелк.