Страница 95

— Ты думаешь, он поведет армию в Англию? — с недоверием спросила Тина.

Рэм не ответил на ее вопрос и перевел разговор на другую тему.

— Я заслуживаю хорошего пинка за то, что даром потерял столько времени. Есть так много мест, которые я хотел бы показать тебе, куда бы мог тебя свозить.

Она плотнее прижалась к мужу.

— Расскажи мне о них.

— Можно было бы вдвоем отправиться на север, за дикими лошадьми. Там горы покрыты такими непроходимыми лесами, будто время не коснулось их. Есть что-то сверхъестественное в молчаливых, величественных туманных чащобах. Животные там дикие и свободные, и поймать их очень-очень трудно. Мы могли бы провести целый год, объезжая все владения Дугласов. Если бы тебе удалось увидеть Танталлон! Это нечто особенное — шпили из розового песчаника, вид на море. Крепость Данбар еще красивее, она возведена на грудах огромных камней, вздымающихся прямо из моря и соединенных между собой крытыми коридорами, как мостами. Удивительное зрелище!

— Зловещий, должно быть, вид у этого сооружения, — предположила Тина.

— Только для врагов. А еще я хотел бы взять тебя в плавание из залива Форт до острова Мэй. Зимой это опасно, но летом Северное море совсем другое. Волны разбиваются о скалы у ног, и ты чувствуешь себя, как Бог на вершине мира. Остров необитаем, и тысячи буревестников и чаек кружат над головой, ничего не боясь. Весной здесь появляются на свет сотни маленьких тюленей. Расщелины в скалах образуют заводи — от дюйма до десяти футов глубиной. Сам король часто отдыхает на острове. Тебе бы понравилась вся эта возвышенная красота.

Услышав, как громко заржала Индиго, оба вскочили с сена. Огонек гладила кобылу по голове.

— Тише, тише, моя девочка, — успокаивающим голосом повторяла Тина.

Рэм определил положение жеребенка.

— Он продвинулся. Появилась нога.

Тина заметила обеспокоенный взгляд мужа.

— Что-то не так?

— Одна задняя — этого недостаточно, — ответил он, вдавливая ногу назад.

Кобыла вращала глазами, тяжело дышала, и крупный пот покрыл ее бордовую шкуру. Леди прикрыла круп лошади пледом, Рэм принес ведро с водой, чтобы животное могло напиться. Он старался облегчить боль, массируя живот Индиго. Это продолжалось почти час, наконец кобыла легла на бок, не в силах удерживаться больше на дрожащих ногах.

— Рэм, сделай же что-нибудь! — умоляла Тина. — Если он слишком крупный, надо ей помочь.

— Ну-ну, лиса, мы так просто не сдадимся.

Положив на колени веревку, Дуглас осторожно ввел руку внутрь вздувшегося крупа лошади. Прошло немало времени, прежде чем он удовлетворенно кивнул, и Тина увидела, как появилась его ладонь, сжимавшая два крошечных копытца. Лорд принялся терпеливо обматывать ноги жеребенка веревкой и осторожно стягивать ее. Огонек не переставала удивляться тому, как ловко и бережно загрубевшие руки ее мужа выполняли эту работу, удерживая скользкие ноги жеребенка. Она продолжала успокаивать кобылу, поглаживая ей морду и следя через плечо за действиями лорда. Даже такому мощному мужчине потребовалось немало усилий, чтобы помочь рождению отпрыска Индиго. Жеребенок появился на свет через час, с громким хлюпаньем и окруженный пленкой. Рэм быстро освободил его рот и нос, чтобы детеныш мог дышать, а кобыла уже обнюхивала своего первенца. Обтертый соломой, жеребенок пытался удержаться на длинных подкашивающихся ногах.

— Это мальчишка! — с восторгом выкрикнул лорд, — Красавец! А как мы его назовем?

— Больше всего подходит кличка «Сорванец», — рассмеялся Рэм.

Огонек наблюдала за лошадью и малышом, пока ее муж отмывал руки в поилке и вытирался пледом. С сияющим лицом женщина произнесла:

— Это было возвышающее душу зрелище!

— Чепуха! — возразил лорд. — Это была чертовски тяжелая работа. — С порочной улыбкой он оглядел свою жену, лежащую на сене: — Вот теперь я тебе устрою нечто, возвышающее душу!

Упав рядом с ней, Сорвиголова принялся яростно целовать Тину, но в этот момент около них появился какой-то незнакомец.