Страница 33

Однако белый балверин смог подобраться к ней слишком быстро, она бы не успела защититься, если бы я не оказался возле неё перерубая оборотня напополам, и метнув копье во второго белого, что услышал завывания сородича. Копье насквозь прошло через его голову, мгновенно убив монстра.

— Будь внимательней, один укус и ты станешь такой же меховой шапкой. — предупредил я Уиспер.

— Спасибо. — поблагодарила она и продолжила выкашивать оборотней на пару со мной, пока они не закончились. 

— Эти двое отлично выступили в прошлом раунде, дамы и господа! Аплодисменты! — похвалил нас диктор, под громкие хлопки зрителей. —  Следующий раунд стал очень популярен в этом году. Любой, кто бывал на кладбище нежити, поймет, о чем идет речь. На Арену выходит нежить! 

И действительно, следующими приволокли нежить - живые трупы, когда-то живых воинов Альбиона. Скорее всего их привезли из Личфилдского кладбища - самого древнего места захоронения, где был закопаны трупы множества Героев. Он расположен, на севере от Бауэрстоуна.

Не знаю из Личфилдского кладбища их притащили или нет, но эта нежить оказалась очень слабой, из каких-то рядовых солдат, неудивительно что их поймали и привезли на Арену. Среди нежити были и воскрешенные личи, что тоже не могли похвастаться особой силой, зная всего пару атакующих заклинаний.

Нежить вообще сама по себе слабая, их сила в количестве армии и отсутствии в необходимости её содержания на питание, сон и возможность быстро пополнить её воскрешенными трупами.

Хотя было среди нежити и пара сильных скелетов-воинов, в тяжелых латах и мечом. Скорее всего при жизни, это был Герой, оттого он и выделялся на фоне остальных, по силе он будет где-то на одном уровне с моим приспешником. Однако любая нежить, даже очень сильная, невероятно медлительна. Оно и понятно, мышц то нет, это просто груда ходячих костей.

— Честно говоря, я ожидал большего от немертвых. — разочарованным тоном сказал я, вместе с Уиспер смотря, как к нам очень медленно продвигаются скелеты.

— Будем их бить? — спросила у меня подруга, встав в боевую стойку с копьём наперевес.

— У меня идея получше, давно хотел испробовать это. Гнев Преисподней! — использовал я самое сильное, темное заклинание в ветке боевых. На песке, подо мной появилась большая печать с пятиконечной звездой - символом пяти элементов в оккультизме, а конкретно Воды, Огня, Земли, Воздуха и Духа.

Печать стремительно увеличилась, пока не охватило всю арену. Я возвел руки вверх и всю нежить из под земли, пробили лучи из демонической воли, разом дезинтегрировав всех скелетов поблизости. Уиспер не задело, так как урон был нацелен только на противников.

Гнев Преисподнии самое мощное и масштабное заклинание, требующее колоссальной концентрации, далеко не все маги, даже самые старые могут использовать это заклинание, оно и понятно почему. Заклинание высвобождает огромное количество демонической Воли из печати, а её очень трудно контролировать обычному человеку, но я уже умел обращаться с волей. Плюс ко всему, любые, даже самые сложные заклинания, я могу изучить быстрее других из-за моего генетического наследия от первого Архона, да и маска значительно облегчает концентрацию. В записях говорят, что это заклинания призывает пламя из самых глубин Ада…это конечно неправда, но зато звучит эффектно.

К слову, существует аналог этого заклинания - Ярость небес. Принцип работы заклинаний очень схож, разве что в этом используется не демоническая Воля, а Воля Света или Воля Порядка - магия, направленная на созидание, хотя это не мешает ей обрушивать такие же смертельные расщепляющие лучи.

— Герой Архон одним заклинанием выигрывает четвертый раунд! Пора нагнать пущего страха на выживших бойцов! Настало время пятого раунда! Прямиком с плахи к нам пожаловали разбойники из шайки “Черная рука”. Приветствуем!

На арену вывели двадцать человек в кандалах на руках и ногах, все как один, на вид криминальные личности…и все отлично знают, что я в одиночку перебил шайку Два-Ножа.

— Скорее уж, это я нагнал страха… по-моему, кто-то даже обделался. — с улыбкой смотрел я нервничающих бандитов, когда с них сняли оковы и оставили со мной один на один.

— Может…д-договоримся? — сказал самый напуганный из бандитов, трясущийся на месте.