Страница 46

Москва, завод «Компрессор»

Встретила меня на заводе профорг, Таисия Ивановна, энергичная женщина лет сорока пяти, с пышной прической и горящими энтузиазмом глазами. Приехал я за четверть часа, но она сказала, что до лекции у нас еще двадцать пять минут, поскольку директор завода попросил выделить ему десять минут в самом начале, чтобы объявление перед рабочими сделать.

Она тут же меня в качестве компенсации потащила в заводской музей. Да я и сам заинтересовался, потому что она мне вдруг заявила:

— А вы знаете, Павел Тарасович, что три четверти всех знаменитых «Катюш», которые во время войны немцам жару давали, на нашем заводе было выпущено? Между прочим, нам только недавно и разрешили об этом рассказывать. Пару лет всего как.

Вот тебе и завод «Компрессор». Название, судя по которому, тут компрессоры делают для холодильных агрегатов. А тут вот оно как вышло интересно в годы войны. Так что в музей пошел с неподдельным энтузиазмом.

У них там и макеты этих «Катюш» обнаружились бронзовые. Видно, что свеженькие, недавно сделанные. И стенд целый с фотографиями и пояснениями: сколько и каких именно модификаций «Катюш» во время войны на заводе было сделано.

Также, само собой, был и стенд с героическими рабочими, которые во Второй мировой войне с фашистами сражались.

У меня тут же мысль возникла статью написать для «Труда» на эту тему. Ну а как же? «Катюши» у всех на слуху, кто Великой Отечественной Войной интересовался. Для журналиста общественный интерес — первый критерий правильности выбора темы для статьи. Ну и в целом, надо же память о подвигах советских воинов в обществе поддерживать?

Музей, конечно, небольшой. Но все равно пятью минутами здесь было не ограничиться. Тем более, что я уже и нацелившись на статью, начал фактуру собирать. Потом сюда надо с фоторепортёром «Труда» вернуться, фотографии макетов сделать.

Из музея мы уже пошли сразу на лекцию. Когда из музея вышли, спустились на этаж, и прошли как раз по тому этажу, на котором в две тысячи двадцать третьем году находился офис той фирмы, в котором я с главбухом работал. Очень надеюсь, что она в той аварии уцелела! Не на такой и большой скорости машины столкнулись, думаю…

Притормозил немножко у той самой двери, когда мимо нее проходили. Смотрю на табличку, а там сейчас начальница отдела кадров предприятия располагается.

Восстановил в памяти комнату. Ну да, по размеру для среднего уровня начальницы на заводе она вполне годилась. Хмыкнул и пошел за профоргом, которая несколько удивленно на меня смотрела, не понимая, почему вдруг меня кабинет начальницы отдела кадров заинтересовал.

А я шел и вспоминал свои впечатления из прошлой жизни от этого предприятия. Эту атмосферу затхлости, упадка, заброшенности. Я тогда постоянно ловил себя на мысли о какой-то неуместности окружающей обстановки, всех этих пожелтевших советских плакатов на обшарпанных стенах, растрескавшихся от старости дверей и окон… А сейчас иду по этому самому предприятию, по тем самым коридорам, вижу эти же плакаты, но еще вполне новые, сверкающие свежей типографской краской, и двери не скрипят, люди по коридорам снуют с деловым видом… Странные ощущения!

Так, занятый своими размышлениями и воспоминаниями, незаметно дошел до зала. Там уже все собрались, включая директора завода.

Директор завода был очень возрастной. Фигура массивная, взгляд из-под густых седых бровей тяжёлый. Прихрамывая, он вышел на сцену и тут же приступил к делу:

— Товарищи, не будем забывать, что наш завод награжден двумя очень серьезными орденами, орденом Трудового Красного Знамени и Орденом Ленина. И что, несмотря на то, что сейчас мирное время, мы не должны ни в коем случае сбавлять обороты нашей работы. А также, само собой, нам нельзя снижать и качество производимой продукции.

А теперь важная для всех информация. В горкоме принято решение, что по нашему героическому заводу будет выпущена монография с большим количеством иллюстраций. В издании будет более трехсот страниц с иллюстрациями.