Страница 29

Ну и видно было, что хотя профессора Токийского университета с Ивлевым по многим вопросам не согласны, но относятся к его позиции с уважением. Не считают его точку зрения надуманной, просто не согласны с его прогнозами по каким-то собственным основаниям. Но признают, что он знает о тех факторах, которые они сами выдвигают, просто идет еще дальше. А значит, считают его ровней себе. Уж за четыре-то часа дискуссий он их заставил это признать!

Ну и сейчас, что опять было с этим рисом? Ну можно было бы понять, если бы Ивлев был обычным, хоть и умным, но неопытным студентом, который по каким-то причинам много времени потратил на то, чтобы готовкой заниматься. Ну мало ли, отец или мать с самого детства его всерьёз готовить обучали. И такие случаи бывают. Чего только она за свою длинную жизнь не видела.

Но когда бы он при своём уме и знаниях мог бы найти время на то, чтобы такие нюансы знать с готовкой? Он же буквально набит всякой информацией, раз уж четыре часа его японские профессора гоняли и не смогли в угол загнать! Он должен был всю свою молодость набивать свою голову знаниями и тратить все свободное время на то, чтобы научиться их так интерпретировать, чтобы его профессора зауважали. Не могло у него быть свободного времени, чтобы в кулинарном искусстве так научиться разбираться!

И ведь с этой рисовой кашей это не первый звоночек. Она обратила внимание в ресторанах, что Ивлев очень неплохо в целом в японской кухне разбирается. К некоторым японским блюдам даже не притрагивается. То есть видно, что раньше он уже это ел и ему не понравилось. Где и когда ел, в Брянской области, что ли?

Вот как это все может происходить прямо на ее глазах?

В общем, только теперь опытная разведчица начала понимать, почему ей сказали, отправляя сюда, что задание согласовано на самом высоком уровне. Да, такой уникум как Ивлев, однозначно мог привлечь личное внимание самого Андропова…

Стало также ясно, что работать ей будет непросто, нужно продемонстрировать максимальную результативность. Да уж, отправили её в Японию с совершенно непонятным и загадочным человеком в лице этого Ивлева. Да ей, честно говоря, любой из встреченных японцев, хотя достаточно неординарные люди уже попадались на её пути, казался гораздо понятнее и проще, чем её родной по культуре подопечный из СССР…

И как же велика оказалась разница в её ожиданиях от этой поездки! Она же была уверена, что она в Японии только и будет делать, что опекать молодого неопытного человека. Нянькой фактически работать. Даже и прикидывала, как при необходимости, если он какую-нибудь глупость ляпнет, попытаться её смягчить при переводе.

Ну правда, учитывая, что этот сопровождающий из Минкульта Японии от них практически не отходит, такая возможность сразу пропала. Русский язык он знает так, что, скорее всего, может Лермонтова целыми страницами цитировать.

И ясно, что ни о какой опеке с её стороны в адрес Ивлева и речи не идёт. Все её стереотипы в первый же вечер были сломаны, когда Ивлев совершенно непринуждённым тоном отправил её в ресторан вместо себя. Жест опытного, галантного мужчины. Может быть, даже и молодого, но безукоризненно воспитанного. Кто бы из её соотечественников в этой ситуации сам бы от ресторана отказался и просто переводчицу туда отправил бы?

Нет, ну конечно, таких она знала. Но это действительно были уже мудрые, пожившие люди, да ещё с огромным опытом на руководящих должностях. От студента, конечно, такого она ожидать никак не могла…

Италия, Сицилия

Первое время, после того как Альфредо устроил своего брата на работу, Микеле достаточно часто в кабинет к нему забегал. Слишком долго без работы дома просидел, утратил несколько самостоятельность, и по каждому непонятному вопросу почему-то к брату бегал, вместо того чтобы своего прямого начальника спросить.

Альфредо вначале терпеливо все ему сам разъяснял. А потом терпение лопнуло, потому что у него и своей административной работы по уши было. Так что он уже брата отругал, указав ему, что над ним есть люди, которые все ему сами прекрасно могут объяснить, да еще и с такими деталями, которые именно его рабочего места касаются.

После этого Микеле уже достаточно редко стал у него появляться. В основном заходил не по делам, а передать что-нибудь от родителей. Мама, в частности, иногда что-нибудь жарила или варила и просила старшего сына младшему передать.