Страница 16

— Подмени меня, хорошо? — вид у нее был такой, что Снэванс решил не спорить и только кивнул растерянно — чтобы Гермиона Уизли просила ее подменить и уходила посреди дежурства?

Через пять минут Гермиона была около «Полнолуния», через семь выяснилось, что Джо на работе нет. Ругая себя за поспешность — могла бы свериться с картой, на которой до сих пор высвечивались маршруты Джо и которую Гермиона сама от себя спрятала пару дней назад. Еще несколько минут, и она в знакомом дворе, рядом с его домом. Гермиона не стала звонить, открыла дверь Аллохоморой, взбежала на последний этаж. Что же она так несется, словно обскур уже бушует в центре Лондона? Ничего же не случилось и, возможно, все ее теории — пыль. Она перевела дыхание и уже спокойно постучала в дверь.

Джо открыл через томительные несколько минут, когда она уже собиралась уходить. Выглядел он неважно — мятая футболка, темные круги под воспаленными глазами, сгорбленная спина…

— Какого…Ты? — он выпрямился, вглядываясь в ее лицо. — Я брежу?

— Я пришла…

Он посторонился, позволяя ей войти.

— Что случилось, Джо?

Квартиру было не узнать: мебель перевернута, картины сброшены со стен, пара из них порвана, повсюду рваная и, кажется, местами обгоревшая бумага.

— Что здесь было?

Он смотрел на беспорядок, потирая лоб, словно пытался что-то мучительно вспомнить.

— Я не знаю. Я вчера почувствовал себя плохо и… кажется… пошел домой. Лег спать и все… Как же болит голова! — он сжал ладонями виски.

Она помогла ему добраться до кресла, стала за спиной:

— Закрой глаза и помолчи, пожалуйста, — не таясь она достала палочку. В этот раз это была не просто головная боль. Таким темно-багряным, неспокойным цветом аура пылала только у тех, кто подвергался магическим пыткам или воздействию ядов. Но это было исключено. Возможно… Нечего было гадать. Надо было использовать Легилименс и выяснить все одним махом.

— Не уходи, — прошептал он. — Приходи когда хочешь, просто приходи. Хочешь, я поклянусь, что не трону тебя, я готов на все, только — не пропадай вот так. Я сперва, — он нервно рассмеялся, — я думал, что бросила — и к черту. Не первая и не последняя женщина. Потом просто скучал, а потом тоска стал невыносимой, я не испытывал такого никогда. Никогда, так…

— Тихо, тихо. Сейчас будет легче, только не открывай глаза, — она водила над его головой палочкой, изгоняя боль, поминая всех богов и Мерлина в придачу, чтобы не навредить, не сделать хуже. Что же она наделала, что она наделала! Не жилось ей спокойно!

— Я согласен быть другом. Черт с ним. Дружба, — он поднял руку, вслепую пытаясь дотронуться до нее. — Я жалок и смешон, но, кажется, я люблю тебя. Ничего о тебе не знаю, но люблю.

— Это — не любовь, — она нахмурилась. — Джо, давай попробуем вернуть тебе воспоминания.

Он открыл глаза, развернулся так, чтобы видеть ее.

Ее пальцы заботливо и нежно перебирали его волосы, унося последние остатки боли, она смотрела в его глаза не отрываясь и реальный мир становился зыбкой, крошащейся по краям иллюзией. Было так заманчиво нырнуть в общую на двоих темноту и забыть обо всем на свете…

— Я прошу тебя. Пожалуйста…

Он резко отстранился от нее, осмотрелся.

— Потом… ты уйдешь?