Страница 23

— Вот это попадос! Сочувствую, подруга, — присвистнув, за что получил тычок в бок от Илы, произнес Стэл.

— А как ваши дела? Как арвийцам учится у нас? — полюбопытствовала, в свою очередь, я.

— Да что с ними станется… — поморщившись, сказал друг. — Ректор запретил любые стычки с ними под угрозой отчисления. Поначалу их все пытались задеть, иллюзии насылали, специи в еду подбрасывали, зелья от недержания подливали. Короче, пакостили по мелочи. Но им хоть бы что! Непробиваемые какие-то! Но, после того как ректору стало известно об этом, причём, как мы догадываемся, не от арвийцев, пришлось все прекратить. Теперь только словесные баталии устраиваем, и то редко. Арвийцы неохотно вступают в спор. Бесят жуть как!

Мда, весело… Арвийцы те еще ледышки!

— А вас не третируют? — снова раздался голос Патрисии.

— Нет. Только взглядами прожигают. Даже оскорблениями в лицо не сыплют. Шипят за спиной по-тихому, и все.

— Короче, никакого веселья. Скукота-а-а!

Посмотрев на грустное выражение лица Стэла, рассмеялась.

Вот кто без пакостей и диверсий не может жить! Скука его злейший враг!

— Бедня-яжка, страдаешь, — смеясь, пожалела друга.

— Даже не представляешь как, — сокрушенно подтвердил он.

— Все, отдай мне зеркало, — отвоевав у друга назад зеркало, Ила, внимательно глядя на меня, спросила: — Как ты? Все хорошо? Удалось что-то узнать?

— Ничего не узнала, только проблем еще больше нажила, — теперь уже я загрустила.

— Что случилось? — взволновано спросила подруга под смех и выкрики ребят.

— Давай потом. Сейчас не время, — мне не хотелось, чтобы о моем замужестве узнал еще кто-то, помимо Илы.

— Завтра жду звонка, — тут же поставила ультиматум подруга.

— Хорошо. Повеселитесь там как следует! — крикнула я ребятам и, послав воздушный поцелуй подруге, отключилась.

Было радостно поговорить с друзьями, но и грустно одновременно. Я скучала и завидовала тому, что они вместе. Им весело. Они на своей территории. В то время как я у недавних врагов.

Я всегда была общительной, и для меня то, что здесь приходилось по большей части быть одной, оказалось тяжело. Чувствовала себя отверженной и ненужной.

Новое и неприятное для меня чувство.

Тяжело вздохнув, взяла со стола книгу и, завалившись на кровать, решила почитать перед сном.

Все лучше, чем бессмысленно смотреть в потолок и завидовать соседке, которой сейчас весело в компании подруг.

На какое-то время книга увлекла меня. А когда в глазах появилась сухость, я решила с чтением на сегодня закругляться. Положив книгу на стол, подняла руку к лицу: хотелось получше рассмотреть татуировку.

Лины еще не было, поэтому, сняв иллюзию с тату, стала внимательно ее разглядывать.

Руны были мне неизвестны, поэтому я не смогла расшифровать, что они обозначают.

Очень хотелось верить, что Киан ошибся. И эта тату значит что-то другое. Но где-то на краю сознания билась мысль, что я серьезно влипла. И арвиец прав, мы теперь женаты.

Услышав непонятный шум в коридоре, быстро накинула иллюзию обратно.

Прислушавшись, уловила, что девушки о чем-то оживленно переговариваются, почти кричат.

Гонимая любопытством, встала с кровати и, открыв дверь, выглянула в коридор. Здесь толпились студентки и громко о чем-то говорили, но, заметив меня, тут же замолчали.

Я уже хотела вернуться обратно и закрыть дверь, как одна из них обвинительно заговорила:

— Думаете, вы неприкосновенные? Думаете, можете устраивать драки, и вам за это ничего не будет?

Недоуменно взглянув на девушек, что сейчас с осуждением смотрели на меня, ответила:

— Не знаю, о чем вы говорите. Я ни с кем драк не устраивала.

— Один из ваших устроил! — зло выплюнула девушка, что первой со мной заговорила.

— Тогда иди и говори это ему, — смело встречая ее яростный взгляд, посоветовала я.