Страница 31

- И я - тебя! - отвечает она и озорно улыбаясь добавляет: - Я сейчас это в песне всем расскажу!

И ей это удалось! Песня прозвучала просто потрясающе! Один из куплетов Габи перевела на немецкий, но так как трудно было попасть в размер строк она их просто проговорила и получилось очень здорово. Немецкая публика не только наслаждалась мелодией и её голосом, но и понимала о чём эта песня. Шквал аплодисментов был наградой. Лариса Мондрус стояла с широко открытыми глазами, Муслим, аплодируя, говорил ей что-то, но трудно было понять, слышит ли она его.

- И как, после этой девочки, выходить на сцену? - справившись, наконец с шоком, говорит она Магомаеву.

Мы сматывали шнуры, когда к нам подошёл Пол.

- Огромное вам спасибо, ребята! - прижал он руку к груди. - Я думал это будет самый скучный день фестиваля. Извините, но артисты, которых привезли из Советского союза это что-то... - он скорчил кислую мину. - Только один Магомаев, конечно соответствует лучшим мировым стандартам, а остальные.... Но вы спасли положение - публика в полном восторге! Ну, вы сами видели. Теперь об оплате...

- Подожди, Пол! - вставил я. - А что, артистам положены гонорары за выступления?

- Ну а как же, Саша!? - Пол искренне удивился. - А разве бывает по-другому?

- Бывает, Пол, бывает...

- Мы ведь уже заплатили вам за первый день выступления, - продолжил Пол. - Почему тогда ты сейчас удивляешься?

- Сань, чего там? - влез Виталий с вопросом.

- Он говорит, что нам заплатили за вчерашнее выступление.

- Ya, naturlich! - блеснул знанием немецкого Виталий и добавил с гордостью. - Zehn Mark!

- Чтооо?! - глаза Пола полезли на лоб. - Как это, десять марок? Каждому участнику вашей группы заплатили по четыре тысячи марок за участие в фестивале - четыреста марок за день выступления! Конечно, это не большие деньги, но это как бы фестиваль политической направленности, а за гастроли совсем другие расценки. К тому же, вы ещё малоизвестная группа.

- Сань? - Виталий требовательно смотрел на меня.

- Вот даже и не знаю, говорить тебе или нет? - нерешительно ответил я ему. - Ты получил четыре тысячи марок, как и каждый из нас. Проверь карманы, может завалились за подкладку? Неужели потерял?! Аааа! Я знаю - это тот откормленный товарищ вытащил их у тебя!

- Хорош, хохмить, я серьезно спрашиваю! - Виталий, кажется всерьёз обиделся.

- Какие уж тут хохмы, Виталь? - скривился я. Остальные парни подтянулись к нам, привлечённые видимо нашей бурной беседой. - Пол говорит, что каждому из нас заплатили по четыре тысячи Дойче марок - по четыреста за каждый день фестиваля. Извиняется, что мало, оказывается на подобных фестивалях платят очень немного!

- Чтооо?!

- Ни фига себе!...

- Чо, блин, правда что ли?

- Офигеть...

Пол молча переводил глаза на каждого, высказавшегося.

- Саша, что-то не так? - наконец спросил он меня.

- Ну ты сам слышал, что им заплатили вчера только десять марок. - пожал я плечами.

- И тебе?!

- Мне вообще не заплатили, - усмехнулся я. - За плохое поведение.