Страница 61

ГАРИК: Так точно, тащ комиссар!

КОМИССАР: Ну, не так громко. И ещё. Вернись живым, это самое главное. Иначе твоя Дора с меня шкуру спустит, видел я, какими глазами она на тебя смотрит. И слышал от Сириуса, что за натура у твоей избранницы. Становиться мишенью её гнева мне как-то не хочется (оба смеются).

Кадр меняется снова, и снова Лондон, надпись «31 августа 1995 года». Гарик у входа в «Дырявый Котёл».

БАРМЕН: О, мистер Поттер, какими судьбами? Где Вы пропадали всё лето?

ГАРИК: Спасибо, лето у меня выдалось весьма бурное и насыщенное. А здесь что творилось?

БАРМЕН: Ох, мистер Поттер, эти вояки с Трафальгарской площади, или, как они ее называют, Трафальгарский Майдан, вообще совесть потеряли. Приходят, выпивают все пиво, не заплатив, так скоро совсем разорят мою лавочку. Говорят также, что гоблины из «Гринготтса» очень переживают по поводу утраты состояния родов Блэк и Поттер. Если не ошибаюсь, от всего рода Поттеров остались только Вы, а род Блэк возглавляет сейчас Ваш крёстный.

ГАРИК: Так и есть, просто он решил перебраться на постоянное место жительства в Россию, и забрал с собой все свои деньги.

БАРМЕН: Это он умно поступил. В том беспорядке, в который превратилась наша старая и добрая Англия, сейчас редкий человек может чувствовать себя в спокойствии.

ГАРИК: Так и Вы уезжайте. Купите дом где-нибудь на континенте, да и переселяйтесь туда. Я сам так собираюсь.

БАРМЕН: Спасибо за совет, мистер Поттер, но я уже слишком стар, чтобы куда-то переезжать. Если желаете, магазины еще открыты, я открою Вам проход.

ГАРИК: Буду весьма признателен. И еще, мне в этот раз нужна комната на одну ночь, до завтра.

БАРМЕН: А что Ваши опекуны, миссис Тонкс или мистер Блэк?

ГАРИК: Они уже живут в России, а мое прошение о переводе почему-то заблокировал Дамблдор, так что пришлось возвращаться.

БАРМЕН: Плохо, мистер Поттер, никому бы такого не пожелал. Что ж, пойдёмте.

Гарик пробежался по Косому переулку, резко изменившемуся с добавлением большого количества британских флагов и майданных лозунгов. Новый кадр – перрон 9 3/4, Гарик идёт вдоль поезда. Из первого вагона орут «Шотландяку – на гиляку»... Из второго – «Ще не вмерла Британiя»... В третьем изо всех окон свешиваются британские флаги... В итоге Гарик садится только в четвёртый, и сразу запирает дверь, так как никого из друзей у него здесь больше нет. Поезд трогается... и появляется Гермиона.

ГЕРМИОНА: Гарри Джеймс Поттер! Как ты мог?

ГАРИК: Чего мог?

ГЕРМИОНА: Это же просто неприлично – уезжать на каникулы в Россию на их же пароходе! Неужели нельзя было так, как все?

ГАРИК: Слушайте, мадмуазель, Вам что, никто в детстве не прививал хороших манер? Насколько мне помнится, я не давал Вам разрешения лезть в мою личную жизнь. Где я провел каникулы и как именно я это сделал, не должно Вас волновать. Тем паче, что друзьями мы с Вами не являемся, и с таким Вашим подходом являться никогда не будем.

ГЕРМИОНА: Очень даже должно! Дамблдор после твоего отъезда места себе не находил!

ГАРИК: Слушайте меня ушами и не говорите, что не слышали. Мнение Дамблдора по поводу обустройства моей личной жизни волнует меня меньше всего. Я уж как-нибудь сам разберусь. Всё?

ГЕРМИОНА: Нет, не всё! Меня возмущает, что на Рождественском Балу ты вместо магической музыки устроил концерт мало того что маггловской, так ещё и русской! Что за увлечение маггловской культурой? Ты же волшебник, а значит, у тебя всё должно быть как у волшеб…

ГАРИК: Футэ-о дин гарэ, хыркэ бэтрынэ!

Гермиону уносит в сторону.

ГАРИК: Вот б...!