Страница 37

Перекатом соловьиным

Он слова в полет отправил:

«Что грустишь ты о далеком,

Об отсутствующем плачешь,

Сирою вдовой тоскуешь?

Что ты, тоненькая станом,

Близкого, перед собою

Жениха не замечаешь?

Здесь я, рядом я с тобою!

Близко я, смотри, как близко!

Близко дорогой супруг твой,

Близко — милого объятья!

Между нами нет преграды,

Между нами нет помехи,

Между нами нет ни моря,

Ни озер глубоководных,

Ни сухих степей бесплодных,

Ни болот, ни вязких топей,

Нет ни выгонов зеленых,

Нет ни бурных рек широких,

Нет ни родников холодных.

Близко он, всмотрись, как близко,

Близко твой жених желанный.

Ждут тебя его объятья,

Здесь, на щедром лоне счастья!

Близко он, глазами виден,

Лучший он жених в округе,

Он в деревне знатный парень.

Сын семьи, известной всюду.

Он на плавниках широких

Пролетал по бурным волнам,

По морской пучине мчался

Девам острова на счастье,

Дочкам острова на радость!»

Девушка-островитянка

Услыхала кукованье —

Удальца напев обманный.

Захотелось ей украдкой

Посмотреть на песнопевца,

Поглядеть тайком на парня,

Напевающего песню,

Начала она, бедняжка,

Подходить к нему все ближе.

Шаг ступила, два ступила,

И еще шагов десяток,

И еще, пожалуй, двадцать,

И еще, быть может, сотню,

И еще сверх ста без счета.

На певца взглянуть хотела,

Не пришел ли финский родич?

Кружку винную из Виру

Не принес ли сват в подарок?

Девушка-островитянка,

Станом тонкая тростинка,

Ты беги скорей, покамест

Не попала в сети взгляда,

Не запуталась в тенетах,

Так, что с места ног не сдвинешь,

Курочка, бежать не сможешь!

Девушка-островитянка

На прибрежных гладких скалах

Молодого увидала

Мужа силы богатырской.

Подошла к нему поближе,

Задержалась, заболталась,

Шуткой перебрасываясь,

Песнями обмениваясь.

А когда любви тенета,

Сети дружбы мимолетной

Сердце спутали, связали,

Ум затмили, с толку сбили, —

Девушка-островитянка

С детской глупостью уселась

Ненароком возле мужа

На прибрежном гладком камне,

На гранитном мшистом ложе.

Что случилось, приключилось

С девушкой-островитянкой,

С бедной тоненькой тростинкой,

Что вдруг криком закричала,

Застонала слезным стоном,

Жалобно зовя на помощь?

Иль у ней в объятьях мужа,

В богатырской той охапке,

В бедрах жилочки порвались,

Кости в теле захрустели?

***

Крик ее отец услышал,

Голос дочки мать узнала.

Сна ярмо они стряхнули,

Путы дремы размотали.

Им сначала показалось,

Что дурное сновиденье

Их встревожило обманно,

Но опять к ним долетели,

Как свирели плач тревожный,

Дочки жалобные крики.

Старец острова мгновенно

Сон забыл, вскочил с постели,

В руки ухватил дубину,

Выбежал в ночную темень,

Чтоб разведать, что случилось.

Уж не парень ли, разбойник,

Не залетный ли грабитель

Взял у дочки злым обманом.

Отнял матери богатство —

Выбеленную холстину?..

А когда старик увидел

Мужа сильного у моря,

Выпала из рук дубина,

Слово грозное застряло

В пересохших связках горла,

От испуга побледнел он.

Молодая дочь понуро

На краю скалы стояла,

Робких глаз не поднимая,

Опустив лицо, скрывая

Жарко вспыхнувшие щеки,

Не сказав отцу ни слова.

Калев-сын, могучий витязь,

В выбоине скал сидел он,

В мшистой каменной охапке.

Старца он спросил без страха:

— Тут вчера не пролетал ли