Страница 135

Совершу желанье ваше,

Пусть вины на мне не будет,

Пусть попреков не услышу:

Будет виноват просивший,

Пострадает пожелавший.

Слушайте меня, старуху,

Детки, гости золотые.

Будьте зорки: если ночью

Невзначай, идя дорогой,

Завернет к вам гость нежданный,

Вами ужинать не званный,

Ложку варева отведать,

Из котла поесть похлебки, —

Вы тогда смотрите в оба,

Чтоб захожий гость-ворюга

Не сожрал похлебки вашей,

Чтоб котел не осушил он,

Дно котла не облизал бы,

Иначе, мои сыночки,

Голодать вам всем придется! —

Братья дюжие старухе

Все втроем пообещали

У котла поочередно

До утра не спать на страже.

Калевитян сын любимый

Младших братьев похитрее,

Не связал старухе слова,

Обещания не склеил.

Баба старая, старуха,

Уползла, легла в ольховник,

В теплых листьях задремала.

Калевитян сын могучий

У костра прилег на землю

Выспаться, избыть усталость,

Обогреть бока и спину.

Сулев-сын, отважный воин,

На траву прилег бок о бок

Отдохнуть, избыть усталость.

Олев — городов строитель,

Созидатель стен и башен,

Наземь лег бок о бок с ними

Отдых дать усталым членам.

Алев-сын, могучий витязь,

У котла сидел на страже

Бодро, век не опуская,

Раздувая костерище,

Поправляя головешки,

Дров подбрасывая в пламя.

Час ли, два прошло, не боле,

Трое братьев крепко спали,

Третий сна виток свивая.

Баба старая, старуха,

За моток бралась четвертый,

К прежней пряже в добавленье.

Алев-сын, отважный витязь,

Бодрствовал у костерища,

В сумрак ночи вглядываясь,

Хворосту подкладывая,

Раздувая пламенище.

Вот из темной чащи бора,

Краешком лесной поляны,

Вышел робкими шагами

Мальчик — телке по колено[149].

Роста малого — в три пяди.

На груди его бубенчик,

А на лбу — кривые рожки,

Под щекой — бородка козья.

Мальчик малого росточка

Подошел к огню поближе

И сказал с мольбою робкой,

Просьбу жалобно проблеял:

— Ты позволь, любимый братец,

Мне попробовать похлебки,

Варево твое отведать! —

Алев-сын со смехом громким

Весело ему ответил:

— Дал бы я тебе отведать

Ложки три моей похлебки,

Да боюсь — утонешь, хилый,

Ты, как муха, в поварешке! —

Мальчик малого росточка

Просьбу повторил с мольбою:

— Мне не надо поварешки!

Я хоть с краю похлебаю,

Съем немножко, птичью долю! —

И на край котла вскочил он,

Принялся глотать похлебку.

Тут расти он начал, шельма,

Разбухать пошел, пройдоха!

Мигом вырос выше елей,

Раздобрел, разбух до тучи,

Вытянулся на сто сажен

И еще на десять пядей —

И пропал из глаз, растаял,

Как туман под солнцем утра,

Разлетелся синим дымом.

Алев-сын, разумный витязь.

Заглянул в котел поспешно.

Видит: пуст котел глубокий,

Насухо до дна облизан.

Алев-сын не растерялся,

Вновь котел водой наполнил,

Навалил в него капусты,

Разложил огонь пожарче,

Сам себе, смеясь, промолвил:

— Подшучу-ка я над ними.

Милых братцев позабавлю!.. —

Олева от сна взбудил он

Охранять котел с похлебкой,

Сам залег под куст ольховый

Подремать, избыть усталость.

Времени прошло немного.

Трое трижды вкруг пускали

Веретена сновидений.

Баба старая в кустищах

Уж пряла моток четвертый,

К прежней пряже в добавленье.

Олев — городов строитель

Бодро у огня уселся,

В сумрак ночи вглядываясь,

Раздувая пламенище,