Страница 28

Он осёкся. Я видела, как он борется с собой. Сжимает и разжимает кулаки. Смотрит на меня — и в его глазах не просто злость. Паника. Настоящая, животная паника.

— Потому что мы волновались, — сказал он наконец. Глухо. Неубедительно.

— Я позвоню маме. Извинюсь. Это всё?

Он молчал.

— Это всё, что ты хотел сказать?

— Тот парень.

— А что с ним?

— И как часто незнакомые парни провожают тебя до дома?

— Тебе какая разница? Я же не спрашиваю, чем ты занимаешься вне работы!

Он не ответил. Только челюсть сжал так, что желваки заходили. Отвёл взгляд. Выдохнул.

— Иди домой, Эви.

— Вот и поговорили.

Я развернулась и пошла к подъезду. Пальцы дрожали, пока набирала код. Дверь открылась. Я вошла, и когда она почти захлопнулась за моей спиной, с улицы донёсся глухой удар — как будто кто-то со всей силы пнул что-то и выругался сквозь зубы.

Я не обернулась.

В квартире прислонилась к двери. Сердце колотилось. Он ждал. Он бесился. Он почти сказал что-то — и осёкся.

Я достала телефон. Десять пропущенных. Три от мамы. Семь от него. Я набрала маму.

— Винни! Наконец-то! Где ты была? Я чуть с ума не сошла!