Страница 66

Роман «Яйцо Дракона», также за авторством доктора Форварда, ещё более экзотичен — он буквально выходит за рамки как планет, так и химии. Разумные чила живут на поверхности нейтронной звезды, масса которой вдвое меньше массы Солнца, диаметр всего двадцать километров, сила тяжести на поверхности в шестьдесят семь миллиардов раз больше земной, а магнитное поле почти в триллион раз сильнее (что оказывает решающее влияние на то, как там всё устроено). Материя такой плотности даже не существует в виде атомов, поэтому само понятие «химия» здесь неприменимо. Большая её часть состоит из нейтронов, образующихся в результате «вдавливания электронов в протоны»; физическое состояние этого «нейтрония» различно на разных глубинах, а другие элементарные частицы встречаются в гораздо меньших количествах. Частью химии являются электромагнитные взаимодействия между электронными облаками, которые представляют собой внешнюю часть атомов; ближайшие к ним аналогичные взаимодействия в «Яйце Дракона» связаны с гораздо более сильными ядерными силами.

На Яйце Дракона существует полноценная экосистема, в которой чила — это доминирующие животные. Они обладают примерно теми же массой и сложностью, что и люди, но материал, из которого они состоят, настолько плотный, что их размеры — всего около пяти миллиметров в диаметре и полтора миллиметра в высоту (или толщину). Своим строением они более-менее похожи на сплющенных амёб, потому что в таком сильном гравитационном поле вы должны избегать риска падения. Вследствие общих релятивистских эффектов сильной гравитации течение времени на Яйце Дракона значительно ускорено по сравнению с нашим. В романе первый (удалённый) контакт человека и чила происходит, когда они ещё были дикарями, но шесть (земных) лет спустя они достигли большего прогресса, чем люди.

Ни одна из этих подробностей, которых я могу лишь слегка коснуться здесь, не была выбрана по простой прихоти. Все они взаимосвязаны, определяются исходными допущениями и одними и теми же самыми законами физики, которые применимы везде, но применёнными в совершенно незнакомом контексте. Форвард описал некоторые из своих идей, которые легли в основу этого проекта, в своей статье «Вкус Яйца Дракона» (“A Taste of Dragon’s Egg”), объяснив, как были установлены свойства этого мира и его обитателей, и как им удавалось взаимодействовать с людьми. Ещё больше подробностей можно найти в самом романе.

Одна из особенностей «Яйца Дракона» заключается в том, что автор проработал контекст настолько тщательно и подробно, насколько это возможно с учётом современного ему состояния физических знаний. Возможно, кто-то другой попытался бы написать рассказ на ту же тему без такой строгости, и многие читатели ни о чём бы не догадались. Но некоторые всё равно заметили бы это, и история, вероятно, была бы настолько полна ошибок, что походила бы скорее на фэнтези, чем на научную фантастику.

Разумеется, успешные произведения, основанные на менее строгих предположениях о крайне экзотических формах жизни, существуют. Во многих случаях это может быть оправдано тем, что в общих чертах рассмотреть такую возможность реально, но для точных предсказаний того, как она может быть устроена, доступна лишь не столь разработанная теория. Тимоти Зан в своих рассказах о «звёздных всадниках» придумал экосистему глубокого космоса. «Искусственная жизнь» в «киберпространстве» может быть столь же разнообразной, как Валентина от Джозефа Х. Делани и Марка Стиглера (разумная, обладающая самосознанием и очень харизматичная компьютерная программа) и более глубоко чуждые сущности, предложенные в статье Марка Лесни. Среди других возможностей — огромная разумная туманность в «Чёрном облаке» Фреда Хойла, общепланетарный разум на кремниевой основе в «Межпланетной совести» (“Conscience Interplanetary”) Джозефа Грина и обладающие упорядоченностью электромагнитные волны, которые заставили людей отказаться от электричества, в «Волновиках» Фредрика Брауна.

Вообще, чем дальше ваши рассуждения отходят от науки, изложенной в стандартных книгах и пакетах программного обеспечения, тем больше вы должны быть готовыми пойти одним из двух путей: исследование или напускание тумана. Часто научные журналы подсказывают такие идеи и дают вам достаточное количество подробностей, чтобы разобраться в их последствиях, хотя для этого вам всё равно может потребоваться самому проводить мало кому другому понятные вычисления. Если вы готовы к этому, то этот путь, безусловно, предпочтительнее, поскольку он выведет вашу историю на новый уровень звучания и «критикоустойчивости». Если же вы не можете или не желаете этого делать, вы всё равно сможете рассказать такую историю достаточно хорошо, чтобы удовлетворить хотя бы часть читателей, если искусно напустите туману неопределённости, приводя как можно меньше подробностей в цифрах, чтобы свести возможности читателей уличить вас в ошибках к минимуму. Однако это всё равно остаётся рискованным. Если наука, которую вы пытаетесь использовать, известна достаточно хорошо, а вы её не понимаете, ваши представления могут быть неверными не только количественно, но и качественно — и возможно, неверными в самой своей основе.