Страница 34

Да, да, непременно чтобы клоп…

Как у Достоевского…

Всеволод ИВАНОВ

Отрывок из романа «Голубой Гаолян»

…Гаолян[11] крепчал… Осенняя ночь зорко смотрела чумизами[12]. На перроне, лысом, как Виктор Шкловский[13], сидел китаец Pac-Ту-Ды, свесив ноги на безжизненное полотно железной дороги. Он был бледен, как гаолян[14], и тихонько про себя напевал:

Симеле тавалиси ного.

Духи наклепли балибе…

Не было ни живой манзы…[15]

Семен Брюква закурил ши-цинь[16] из корней гаоляна и, сплюнув сквозь едалы[17], глянул на плакат с портретом верховного.

— Адмирал Колчак… Ляксандра Василич… Очень даже приятно…

Свист, короткий, как хвост фокстерьера, раздался, от стены отделилась высокая фигура и схватила Брюкву за гаолян[18].

— Едрена лапоть… Никак товарищ Рабинович?

Председатель ревкома поравнялся с партизаном, и они пошли рядом, но как совершенно незнакомые люди. Изредка роняли друг другу случайные слова.

— Тайфун[19] в резерве на третьей линии. Семь с половиной гаолянов[20] Янцекиянга.

— Понимаем, — отвечал Брюква. — Что ж, бывает… Разумеется…

Так, в отрывистых фразах, они прошли и скрылись за темным гаоляном[21].

А китаец Рас-Ту-Ды сидел по-прежнему, свеся ноги на гаолян[22] железной дороги, и, как будто ничего не видев, прежалостно мурлыкал про себя…

Тёрина си налим

Васпляни лёд люской…

Исаак БАБЕЛЬ

Вопль Крика

Был страшный холод во время деникинского наступления. Наш доблестный батальон красных бойцов за пролетарскую революцию стоял в имении князя Палицына-Волконского. В роскошной гостиной барского особняка сидели мы на корточках и смотрели прямо в глотку роскошному камину с инкрустациями. Весело там потрескивали ножки дубового стола, но нам не было весело, потому что только вчера вечером мы сгорели последний ореховый шкаф из карельской березы и гореть уже нечем.

И сидел наш начальник, товарищ Беня Крик, крепко задумавшись. И спросил я у него:

— Обо что вы думаете?

И он мне отвечал:

— Не мешай, я думаю об половую проблему.

И так как я знал, что он ужасно образованный, то я засунул себе свои губы обратно в рот и ничего с него не стал спрашивать.

И тогда поднялся товарищ Беня Крик, красный боец за пролетарскую революцию, который, между прочим, бывший марвихер с Тираспольской улицы, но мы об этом уже не будем говорить, потому что он расстрелян, смерть жулику, за липовые свои мандаты, и тогда поднялся, говорю я, товарищ Беня Крик, и вынул своей верной шашки, и начал рубать половицу за половицей с того пола, на котором мы сидели, и швырять их в печку на чем свет стоит.

И вспыхнула печка на всю гостиную, как революция на всю Россию.

Так мы с товарищем Беней Криком во время страшного холода, когда нечем было топить, освещали половую проблему.

Илья Ильф (1897–1937)

Евгений Петров (1902–1942)

Торжественный комплект

Незаменимое пособие для сочинения юбилейных статей, табельных фельетонов, а также парадных стихотворений, од и тропарей

Раздел 1

Словарь

Существительные

1. Клики

2. Трудящиеся

3. Заря

4. Жизнь

5. Маяк

6. Ошибки

7. Стяг (флаг)

8. Ваал

9. Молох

10. Прислужник

11. Час

12. Враг

13. Поступь

14. Вал

15. Пески

16. Скок

17. Конь

18. Сердце

19. Прошлое

Прилагательные

1. Империалистический

2. Капиталистический

3. Исторический

4. Последний

5. Индустриальный

6. Стальной

7. Железный

Глаголы

1. Пылать

2. Взметать(ся)

3. Выявлять

4. Рдеть

5. Взвивать(ся)

6. Вершить(ся)

7. Петь