Страница 8

— Но, Роберт, я еще ни разу не был этим… разведчиком. Откровенно говоря, всегда подальше обходил и чека и еще милицию, конечно. Так что, как эти самые разведчики работают — и не знаю. И войны я не нюхал. Понаслышке знаю.

— Ч-чудак! Ты думаешь, мы знаем, как работают советские разведчики? По секрету скажу; просвещаемся, читая друг друга. А сведения, как работают советские разведчики, мы черпаем из заграничного детектива. К нашему счастью, его пока еще издают, не скупясь. Вот где нашему брату учиться мастерству! Вот где закручено так закручено! А для нас занимательность — самое решающее, потому что это и есть специфика детективно-приключенческой литературы. Чтобы от всего серьезного отвлекала! Так что, Кристиан, не тревожь себя раздумьями. Добра тебе хочу по старой дружбе. Строчи! И чтобы потолще получалось. Потому что книги, к нашему с тобой счастью, оплачиваются по весу. По количеству так называемых печатных листов. Впрочем, это одно и то же. Чем толще будет пр… произведение, тем толще будет и твой кошелек, больше гонорарий то есть. Уразумел? Наливай по последней. Там на донышке что-то мерцает.

…Две недели новый творец детективно-приключенческих произведений изучал творения Роберта Неуловимого и пришел к выводу, что так накручивать он сумеет. Тем более что приятель обещал помочь написать, а затем и протолкнуть в печать.

— Начни с того, — поучал Роберт Неуловимый, прихлебывая пиво, — что твой герой, кадровый разведчик Иван Бесстрашный, обнаруживает темной ночью в нежилом лесу труп молодой и красивой женщины двадцати семи лет, порубленный на мельчайшие куски, разбросанные в строгом порядке с юга на север и с востока на запад.

Исследуя в мощную лупу один из кусочков из какого-то места красивого тела, разведчик точно определяет, что он принадлежит неизвестной ему разведчице Незабудке, что она пробиралась к нему с Большой земли с важным поручением, которое нельзя было доверить радиоприемнику.

По крестообразному расположению кусочков трупа, по тому, как они были аккуратно расположены, Иван Бесстрашный безошибочно устанавливает, что зверское убийство разведчицы — дело окровавленных рук начальника гестапо оберштурмфюрера СС полковника Абвера Адольфа Цапфке.

Иван Бесстрашный встает на правое колено, вскидывает вверх, к безлунному небу, мускулистый кулак и шепотом, чтобы его не подслушал этот Цапфке, что есть силы кричит про себя: «О, негодяй из негодяев! Я доберусь до тебя сегодняшней темной ночью, хотя бы мне и пришлось мужественно преодолеть девяносто семь и четыре десятых километра до твоего волчьего логова! Дрожи!..»

Затем, произнесши эту страшную клятву, Иван Бесстрашный бодро вскакивает на резвые мускулистые ноги, обутые в обувь сорок пятого размера вырывает из-под ближайшего куста новенькую, с иголочки эсэсовскую форму полковника и кричит шепотом уже по-немецки: «Дер иду!» И поясняет: «Их иду», то есть — это уже по-русски:

«Я иду!..»

Идет.

Переходит на торопливую рысь.

Потом на галоп.

В кромешной тьме натыкается на лесную растительность, царапая руки, ноги и прочее.

Одному ему известной секретной тропой через двадцать семь минут выбирается на пустынную дорогу — асфальтированное шоссе.

Смотрит на самосветящиеся часы.

По его расчетам, через три минуты должна пройти гитлеровская бронированная спереди и сзади, а также со всех боков малолитражка «Оппель».

Вздыхает облегченно:

— Успел!..

Она появляется ровно через три минуты, но с погашенными до полной темноты передними автомобильными фонарями.

Иван Бесстрашный разгадывает хитрую уловку врага: пытался проскочить мимо него, опытного разведчика, незамеченным! Ха-ха-ха!

Он и в кромешной тьме отчетливо видит надвигающуюся на него с колоссальной скоростью стальную махину огромных размеров, бесстрашно выбегает на середину шоссе, бесстрашно останавливает ее немецким выражением, влезает в нее и бодро говорит смертельно испугавшемуся шоферу:

— В гестапо! К твоему Адольфу!..

Роберт Неуловимый прихлебнул пива.

— Успеваешь записывать? Это будет первой главой. Тебе остается только разбавить сказанное. Удлинить то есть. Во второй главе опиши бешеную скачку по дороге, разбитой вдребезги многотонными бомбами. Перелетая через самую глубокую воронку, шофер в воздухе резко поворачивает руль вправо, пытаясь выбросить Ивана Бесстрашного из закрытой кабины, но тот предусмотрел этот хитрый маневр, спокойно наставляет на него противотанковую гранату и ласково говорит: