Страница 12

Хизроевой быстро найду кабинет.

Рыдая, взмолюсь:

— Патимат, дорогая.

Спаси, погибаю в цветении лет.

Мучителя мужа раба и слуга я.

Живу, как при хане, о воле скорбя.

Стократ этой доли милей мне могила.—

Хизроева голову снимет с тебя —

На деле таком она руку набила.

Но если ее не сумеет рука

Настигнуть тебя беспощадней затрещин.

Тогда напишу заявленье в ЦК,

Где чутко относятся к жалобам женщин.

Еще пред партийным собраньем ответ

Ты будешь держать?

Позабочусь об этом,

Еще ты положишь партийный билет,

Прослыв на весь свет негодяем отпетым.

Потом разведусь я с тобой, дураком.

Останешься с тещей средь отческих стен ты,

А я загуляю с твоим кунаком

И стану с тебя получать алименты.

Запомни, что женщина в гневе сильна,

Как в страстной любви, и тонка на коварство.

Когда-то в былые она времена

Умела, озлясь, погубить государство.

Я стану твоею судьбой роковой

И, гневом, как молния в небе, сверкая.

Еще покажу тебе, кто ты такой.

Еще покажу тебе, кто я такая.

ЛЕГЕНДА О СВАДЬБЕ

Жених в канун поры медовой

В черкеску новую одет.

Он парень крепкий и бедовый.

Ему лишь девять тысяч лет.

На склонах гор горят соцветья.

Вином наполнены меха.

И на одно тысячелетье

Невеста младше жениха.

Ко дню заветному готовясь.

Для пущей славы и красы

Подстриг неотразимый горец

Семивершковые усы.

И, на подушках сидя пестрых.

Проснувшаяся досветла,

Невеста две десятиверстых

Косы к полудню заплела.

И вестники, медноголосы.

Направленные женихом.

Пустились, миновав утесы,

В четыре стороны верхом.

И облака их путь венчали,

И пламень зорь вдали не мерк.