Страница 6

— Но это подлость! — закричал и Василий Афанасьевич. — Мелкий эгоист! Ты же меня подвел! Ведь я из-за тебя подал заявление об уходе, рассчитывая стать твоим заместителем! А дяде Грише пообещал место Товароведа, а племяннику Вите — должность оценщика. Что я им теперь скажу?!

— Прохвост! — поддержала супруга мать невесты. — Чтобы ноги вашей не было у нас в доме!.. А ты, дурища, чего раньше смотрела? — повернулась она к дочери. — Растрепа! Простофиля!

— Откуда же мне было знать? — ответила та. — Ведь Ото он приберегал как сюрприз ко дню свадьбы. Думал, что мы все придем в неописуемый восторг. — И она с непередаваемым презрением отвернулась от бывшего жениха.

— Какие же бывают на свете злодеи! — не унимался папаша и, переходя на деловой тон, заявил Михаилу:

— Вы, гражданин, полностью уплатите и за заказанный в ресторане свадебный ужин, и за машины, и за украшения, и за мой вынужденный прогул. Счет вам будет послан по почте.

Развенчанный жених тяжело вздохнул и повернулся к водителю такси, с интересом ожидающему конца этой сцены:

— Снимите, пожалуйста, все украшения, шарики, ленты и куклу-голыша, спрячьте все это в багажник, а меня отвезите как можно скорее на мою квартиру.

Под негодующими взглядами всего общества он втиснулся в машину и в печальном одиночестве поехал по шумным улицам города. Неожиданно водитель такси, немолодой уже мужчина, с суровым, но добрым лицом, вступил с ним в разговор:

— Это тебе, считай, крупно повезло, браток. Ты легко отделался. Надо же, попасть в лапы такой семейке! Да они бы тебя, милок, за одну неделю за решетку упрятали… Ты уж мне поверь, я в своей жизни всякое видал. А другой раз невесту ищи не по морде, а по душе. Так легкомысленно больше не хватай что попало.

И отставному жениху от этих простых, сочувственных слов стало легче на душе. «А ведь верно он говорит!» — подумал он и облегченно вздохнул.

Прыжок за счастьем

Жизнь младшего научного сотрудника Павла Васильевича протекала интересно, содержательно. Коллеги к нему хорошо относились, дружелюбно называя его Павлушей. Дома в его уютной квартире хозяйничала тетя Ганя, очень любившая своего племянника сироту и на этом основании строго его воспитавшая. Павлуша старательно работал, собирал книги, разводил цветы, писал статьи по своей специальности, философски относясь к тому, что обычно из трех написанных статей принималась одна, зимой с удовольствием смотрел по телевизору фигурное катание и хоккей, а летом футбол.

Так все было тихо, мирно до встречи у друга детства Нового года. На этой встрече Павлуша за новогодним столом оказался рядом с Диной. Довольно скоро Павлуша пришел к выводу, что Дина очень красива. Протанцевав с ней вальс, Павлуша решил, что она очаровательна, протанцевав танго, решил, что предельно обаятельна, и робко попросил разрешения проводить ее домой.

Разрешение было дано, и они медленно пошли по удивительно прекрасным в зимнюю ночь улицам Москвы. Но Дина и Павлуша не замечали этой красоты. Ведь только первая встреча. Ведь еще ничего не сказано, а так много нужно сказать… И они шли, целиком поглощенные тем, что говорили друг другу, ничего и никого не замечая вокруг.

У дома Дины Павлуша, задержав в своей руке тонкие пальцы спутницы, тихо спросил:

— Когда мы увидимся?

Девушка задумалась.

— Вся неделя у меня напряженная, — сказала она. — Днем работа, вечером зачеты на курсах.

— А завтра? — произнес Павлуша.

— Завтра у меня заплыв в Москве-реке…

— Где?!

— В Москве-реке. Я морж.

— Кто?

— Морж. Увлекаюсь зимним купанием. Нас называют моржами. Павлуша, знаете что? Приходите завтра в двенадцать часов к пристани у Каменного моста. Там мы и увидимся. Придете?

— Приду, — ответил Павлуша.

Без пяти двенадцать Павлуша, поеживаясь от двадцатиградусного мороза, стоял у громадной проруби около моста и увидел приближающегося высокого, пожилого человека. Он шел босиком, в одних трусах. Павлуша внимательно взглянул на него. С виду человек выглядел вполне нормальным. Он похлопал себя по груди и не задумываясь прыгнул в воду. Затем появился полный, усатый человек, действительно похожий на моржа, и, бодро-весело сказав «раз-два-три!» — очутился в проруби. Еще несколько моржей кинулись в ледяную воду, а затем появилась в купальном костюме Дина. Изящная, стройная, как газель, она улыбнулась Павлуше и легко прыгнула в прорубь.

Моржи весело плескались в воде, а затем выкарабкались на берег и бегом, обгоняя друг друга, побежали в кабинки одеваться, и вскоре Дина, разрумянившаяся, в белой шубке, похожая на снегурочку, подошла к Павлуше и ласково произнесла: