Страница 7

— Рукастый, ты, Боря.

— Да я чего? Просто ленивый. Надоело самому стирать.

— А все ленивые хитрые, потому головастые. Чтобы дважды не делать. Профессия сама тебя нашла. Такие как ты умеют и любят работать руками и обладают техническим мышлением. В основном, сантехнические мастера, Боря, это мужчины. Потому что что?

— Что? — для порядка переспросил Боря.

— Потому что женщинам это нахрен не нужно. Им маникюр подавай и бульки в джакузи. А нам что?

— Что? — снова подбавил слов немногословный Борис.

— Нам эти штуки, вроде плоек или фенов с таймером, ни к чему. Сантехнику для выполнения своих обязанностей необходимо лишь разбираться в ассортименте различных фитингов, труб, переходников и арматуры. Здесь некогда думать о юбках. Виды санитарного оборудования надо постигать, их устройство и особенности конструкции. А как выучишь принцип действия основных систем, так юбки к тебе сами придут и сделать работу попросят. А как сделаешь, по оплате уже… как договоришься.

Василий Степанович улыбнулся так, как будто градус от кваса делал его более терпимым к женскому полу. Только жар вместе с градусами делали его слабым. Едва добредая до кровати, он расплывался по ней медузой, и отключался на полчаса-час, приходя в себя после жара, но даже в полусонном продолжал бормотать:

— Что бабы? Вот способы крепления и соединения труб — это важно. А правила установки приборов? В первую очередь… их испытания и настройки, типичные поломки систем, методы их выявления и… хрр… устранения.

Просыпался преподаватель в бодром расположении духа, и выиграв в дартс оппонента, вызывал такси до дома уже совершенно другим человеком, обновлённым.

Этот человек бодро и чётко произносил слова:

— Мы же мужики, Борь! Нам не миксера следует иметь, чтобы смузи сбивать. Нам нужно уметь использовать мужские инструменты, такие как сварочный аппарат, паяльник для пластиковых труб, разводной ключ, болгарку, отбойный молоток и перфоратор. И это все не в личной сумочке, а в спортивной сумке в углу на всякий случай.

Боря слушал и не слушал одновременно, обрабатывая грушу. В дартс он в последнее время всё чаще поддавался. И чтобы не выглядело нарочито, отжимался до одури, и калашматил по груше, пока руки становились не свои, чтобы кидать хуже. Отожмёшься на пальцах сотку — сбивается концентрация.

«Выигрывать старика — нельзя. Ходить перестанет», — подсказывал внутренний голос: «Но и поддаваться явно не следует».

Преподаватель скрашивал редкие вечера одиночества. Только Борису безумно хотелось и другого общения. Да хотя бы с таксистом парой слов перекинуться.

«Нет, к чёрту таксиста, лучше таксистку», — поправлял внутренний голос и подло добавлял: «Вот был бы у тебя нормальный отец, уже бы машину подарил после прав. Сам бы преподавателя домой отвозил, а сюда привозил кого-то… кто не пахнет сваркой. А ромашкой бы отдавал или хотя бы ландышем. Борь… ну хотя бы рыженькую подругу может заведём. Ну мы же уже не нищеброды, и чуханами никогда не были. Борь, ты подумай, а? Должны же быть и простые девушки. Те, что к айфонам инертны. Давай хоть по деревням поищем?».

Боря вздыхал, но возразить сам себе не мог. Тянуло к женщинам. И с каждым днём всё больше. Но сделать этот важный шаг он всё не решался. Будь у него отец, он может и сводил бы его в дом терпимости или устроил его прямо здесь, на втором этаже по знакомству, пока распивал с мужиками пиво в другом конце гаража.

Но отца нет. Он не написал ни на Новый год, ни в любое другое время о себе вестей не подал. Оставалось только брать вечерние подработки до последнего работающего автобуса, чтобы от тоски не выть в двухэтажной конуре с толчком в подвале, где даже новый плоский телевизор уже не радовал в ночи.

Отец пропал, а вот у матери неожиданно всё сложилось иначе.

Однажды она пришла к Борису в гараж. В третий раз на его памяти. И вся напомаженная и накрашенная, подарила свой старый смартфон вместе с номером.

— Бери, бери. Мне всё равно новый подарили.

— Кто?

— Кто надо, Борь. Бери, не думай, — защебетала она и Боря узнал, что в её жизни появился другой мужчина. — Я всех подруг и знакомых предупредила, чтобы звонить перестали. А в Италии мне старый номер будет не нужен.

«Итальянец? Вот те раз!»

Мало того, что он был почти вдвое её старше, он ещё и проживал на том, что образ Бориса воспроизводил только как сапог. И в этот сапог этот ушлый итальянец и собирался забрать мать со всеми её умениями русской женщины: печь пирожки, убирать хоромы, стирать, гладить, убирать и присматривать за домашними животными.