Страница 12

Бесогонов еще раз просмотрел список кандидатов удостоверился, что выбрал самых лучших и снова поднял телефонную трубку, чтобы спросить на вахте не проходил ли мимо них Арсений Назарович.

Как и предполагал младший инквизитор, Арсений Назарович уже успел отбыть в неизвестном направлении в некоторой спешке. - "Уже побежал в поселковый отдел", - усмехнулся про себя Иван Викторович, - "ну, ничего, пусть пока посидит в общей очереди, потом напишет заявление и заполнит анкету. Это займет у него, как минимум, часа два-три, а потом я неспеша пройду мимо него с папочкой, так, чтобы он понял, что не стоило связываться со мной, инквизитором по государственной идеологии Бесогоновым Иваном Викторовичем". - Лицо директора, которое он себе представил было белым от страха. Эта картинка очень понравилась младшему инквизитору.

Выйдя от себя, Бесогонов, направился в учительскую, чтобы посмотреть расписание и уточнить, кто, где и чем из числа сектантов, сейчас занимается. И в учительской, к своему величайшему изумлению, нос к носу столкнулся с Анастасией Филипповной.

Младший инквизитор сразу же бросилось в глаза, что Анастасию Филипповну, как будто, что-то гложет изнутри. Что-то, о чем она непременно хочет с кем-то поделиться и этим кем-то очень захотелось стать самому Бесогонову. Поэтому, он не стал ходить вокруг да около и спросил сразу и без всяких обиняков.

- Анастасия Филипповна, что-то случилось? А то на Вас лица нет.

Руководительница кружка патриотических танцев отвела взгляд, и старательно не глядя на младшего инквизитора, молчала. Бесогонов понимал, что ему не стоит напирать, повторяя свой вопрос или сделав вид, что ничего не было, заговорить о чем-то незначительном. Было видно, что Анастасия Филипповна просто собирается с духом и если ее не перебивать, то она сама обо всем ему расскажет. Это вранье, что чужая душа потемки, чужая душа порой читается лучше, чем собственная и душа Анастасии Филипповны требовала от нее кому-нибудь высказаться.

И Анастасия Филипповна заговорила буквально через секунду, ее чарующий голос обволакивал младшего инквизитора и убаюкивал, как будто пела сирена. Так что, Бесогонову, даже пришлось встряхнуть головой, как будто прогоняя сонливость.

- Понимаете, Иван Викторович, - Анастасия Филипповна посмотрела прямо в глаза младшего инквизитора и от ее взгляда Бесогонова словно чья-то невидимая рука приподняла над землей и теперь он парил над ней. Даже, если бы руководительница школьного кружка танцев решила рассказать ему всего лишь о трудностях в постановке очередного патриотического хоровода, он слушал бы ее не перебивая, только кивал бы в ответ, соглашаясь с каждым ее словом. В общем, все то, что чувствуют и делают влюбленные люди. Но то, о чем хотела рассказать Бесогонову Анастасия Филипповна было на самом деле очень важным, и, кроме того, к изумлению младшего инквизитора, непосредственно касалось именно его дела. Что еще больше подогрело его интерес к Анастасии Филипповне, не только как к женщине, но и как человеку вообще.

- Я ничего и ни на кого не хочу наговаривать, - она умолкла, но к величайшему облегчению Бесогонова лишь для того, чтобы перевести дыхание, сбившееся у нее от волнения. - Поймите, - она снова повторила это слово, словно для нее было очень важно, чтобы ее поняли правильно и Бесогонов почувствовал, что он и есть именно тот человек, который единственно правильно сможет понять Анастасию Филипповну.

- Дело в том, - она слегка приосанилась, - что в сегодняшнем деле, в том самом, которое Вы, Иван Викторович, так мастерски распутали, - Бесогонова слегка бросило в краску от такой похвалы с ее стороны, - этот сектант-гуманист, которого Вы раскрыли, не единственный в нашей школе. - В этот самый момент младший инквизитор млел от счастья. Ведь в лице Анастасии Филипповны он только что обрел не только объект своих тайных вожделений, который только и умеет, что затмевать разум инквизитора своей красотой и танцами, но также бдительного и верного товарища, верного идеям стабильности и процветания. Стоящего, как и он, на страже спокойствия народа и государства.