Страница 15

На стойке, недалеко от клетки, где продолжали дремать невиданные нами пока Гедрик и Фифочка, обнаружилась небольшая прозрачная круглая ваза, на дне которой покоилось полтора десятка плотно скрученных бумажек.

— Хранители судеб, — несколько раз цокнула ноготком по толстому стеклу красавица Алена. — Волнительно, однако.

— Не смешно, — потерла ладошки Евгения. — Блин, мокрые все от напряжения.

— Какие-то дамы нам достались потнючие, — заметил рыжий Сергей. — Без обид, девчонки, но по факту же так?

— Мог бы и промолчать, — снова покраснела Алиса. — Черт меня за язык дернул!

— Выражения выбирай, — сурово зыркнул на нее управляющий.

— Так вроде было указано, что все конфессионально-загробные дела в этом отеле ни при чем? — резонно заметила Инна. — Или все же есть какие-то моменты, о которых нам следует знать?

— Правильная и чистая речь, лишенная жаргонизмов и даже самых безобидных ругательств, вот что я жду от сотрудников вверенного мне заведения, — изрек Аристарх Лаврентьевич. — Что до остального — оно меня не касается, советов или пояснений от меня не ждите.

— Тоже позиция, — кивнула моя напарница.

— Поняла — и хорошо. Что до процедуры жеребьевки — все просто. По одному подходим ко мне, тянем бумажку, сразу разворачиваем и показываем всем. Всего их пятнадцать, у десяти внутри галочки нарисованы, у пяти — ничего. Вытянул пустую — стало быть, следующую неделю с напарником или напарницей проведешь в статусе персонала на подхвате.

— Тут бы чуть-чуть конкретики, если можно, — попросила девушка с той самой густой монобровью. Кстати, имя у нее оказалось под стать внешности — Ариадна. Это она, скорее всего, в списке на доске следом за мной и Инной значилась. Две Алены — ладно, они в нашей компании могут оказаться, благо имя распространённое. Но две Ариадны? — Надо же понимать, что нас ждет?

Народ негромко загалдел, выражая согласие со сказанным.

— Все просто, — пошел ей навстречу старикан, в очередной раз удивив меня моментальным переходом от сурово-агрессивного состояния к добродушно-покладистому. — Девушки на кухню отправятся — перенести, помыть, почистить, подать еду. Двоих ребят повиднее на вход определю, посменно швейцарами станут работать. Ну а остальные белл-боями станут.

— Кем последние станут? — уточнила Кира. — Не очень понятно.

— Шустрыми ребятами, которые чемоданы до номера гостя доставляют и за газетой бегают, — пояснил ей Вадим. — Подай-принеси, проще говоря.

— Хорошо, что бой, а не герл, — заметила девушка. — Успокаивает.

Не любит, значит, она те работы, которые в ее глазах собственный статус опускают. Мало того — не стесняется об этом говорить. А зря. Тщеславие есть слабость, которую стоит скрывать, если уж не получилось от нее избавиться, поскольку очень уж уязвима сия точка.

И еще — интересно, когда нас станет столько, сколько нужно, то кто подсобными работами заниматься будет? Штат расширят? Или новых рекрутов наберут, которые нам на пятки начнут наступать?

— Могло быть и хуже, — философски подытожил угрюмого вида парень, на бейджике которого значилось имя Анатолий.

— Куда еще-то? — усмехнулась Кира, первой подошла к стеклянному генератору судеб и нацелилась засунуть руку внутрь. — Беру?

— Бери, — разрешил Аристарх Лаврентьевич и бухнул перед собой стопку бумаг, которую секундой раньше достал из сейфа, квартировавшего под стойкой. Просто я знакомое лязганье стальной дверцы услышал и писк кодового замка. — Единственное — ты бы с напарником согласовала действия? Вдруг он сам захочет достать бумажку?

— Не сильно меня парит то, чего он хочет. А ну-ка!

Тонкие пальчики цапнули жребий, извлекли его из вазы и мигом развернули.