Страница 15

   - Вино кончилось? По залу тут же прокатилась волна ропота, и все сошлись испуганными глазами на магистре. Тот почувствовал себя неуютно.

   - Дракон! В зале воцарилась тишина. - У нас в северных землях близ колдовского леса и Горы Крика проснулся от вековой спячки дракон.

   Зал тут же наполнился радостными воплями. Каждый из присутствующих уже примеривал место в своем замке для отрубленной головы ископаемого и прикидывал количество честно награбленного в закромах дракона.

   - ТИШИНА!

   Зал затих, только один, перебравший свое барон Гортарр попытался взгромоздиться на скамью и продырявить воображаемого дракона недоеденной ножкой индейки. Пролетевшая над головами тяжелая палица, гулко ударившая о " неснимаемый" шлем, восстановила не только полную тишину, но и отбила у остальных желание выяснять, что могут запустить в их адрес.

   - На чем я остановился... - желающих сказать, на чем остановился магистр и испытать возможный рикошет, не было. - Так вот. Дракон. Одна штука. Золото. Неизвестно, есть ли оно в его пещере, и, наконец, самое главное - принцессы. Пять штук!

   Попытавшегося вскочить юнца "утихомирил" тяжелым ударом в ухо более сообразительный сосед. Тело оттащили в угол зала, где уже отдыхал недавний барон Гортар.

   - Судя по информации местных, дракон обладает довольно странным чувством юмора и вредной чертой характера, присущей только гномам и нашему кладовщику. За три месяца и двадцать четыре календарных дня сто сорок четыре рыцаря, пятьсот шестьдесят три охотника за наградой были "спущены" драконом вниз, в озеро, где они лишились всего имущества, едва сумев отстоять у представительниц русалочьего племени и местного водяного последние портки, а иногда и лишаясь оных. О количестве блуждающих в колдовском лесу ходят легенды, ибо точного количества никто не смог дать...

   Во-вторых, доспехи... как стало известно, доспехи идут на перековку, причем работа мастера... гномьего мастера, - уточнил великий магистр. - Он постучал по черному нагруднику, на котором виднелась крупная, слегка корявая маркировка, сделанная, судя по плотности борозды, когтем крупного зверя. Пришлось отвалить золотом по весу местному торгашу, будь проклят тот день, когда он появился на белый свет. Но самое интересное, что после обработки эти доспехи не берет ни меч и ни копье, от удара боевым молотом остается легкая вмятина!

   По залу прогулялся ропот, тут же стихший, когда магистр полез за новым метательным снарядом, заблаговременно заготовленным внутри трибуны.

   - Большинство доспехов спрятано в зачарованном лесу... не стоит выпускать языки от жадности, только десяток охотников и два рыцаря сумели что-то вытащить из леса. Большинство возвращается едва вменяемыми, один недавно вернулся с "тучной" болезнью, в госпитале устали менять утки, подставляя их под его проливной дождь.

   Зал грохнул. Ржали все, поэтому магистр расстроенно опустил малый боевой молот, ибо его "на всех" не хватит.

   - В-третьих, принцессы. Зал затих и навострил уши. - Эта чешуйчатая бестия умудрилась похитить карету с пятью принцессами из-за полупьяного сопровождения. Какая-то личность умудрилась поменять воду в бочках и бурдюках на вино и какую-то медовую сивуху. Кстати, от королей, едва не двинувших войска войной на дракона, пришли указы, в которых за каждую особу королевской крови безземельному рыцарю пожалуют баронство, и если принцесса сама не будет против, то есть возможность и обвенчаться... хотя от наших королей снега зимой не дождешься, но сама возможность греет!

   Рыцари в зале, словно загипнотизированные, закивали, соглашаясь с магистром.

   - И последнее, оно же первое и самое важное - Дракон! - магистр выдержал трагическую паузу и со скорбным видом произнес. - Он последний! Если мы его завалим, то конечно приобретем славу убийц последнего дракона... но мы изведем последнюю особь мужского пола и нам банально не на кого будет ходить, чтобы спасать принцессу!

   Зал в ужасе замер.

   - Да, да, да... отмазка для женатых: "я пошел на дракона" просто не прокатит, ибо его больше не будет и про бурные заседания можно просто забыть...

   Вскочивший со щитом граф Ротмейский, отразив метательный снаряд, срикошетивший на ногу слуге, подливавшему вино в кубок маркиза Босска, в итоге содержимое кувшина, где бесчеловечно две трети воды разбавили вином, оказалось отнюдь не в кубке обозначенного маркиза, а за его высоким воротом...