Страница 28

- "Ты здорово замарался, прыгая, как мяч", - сказали мне и перевели из разведки в конрразведку. - Стал по дуракам работать.

Крыса вздохнула.

- Что дурака губит? Прежде всего достоинства, - охотно откровенничал шпион. - Недостатки же спасают. Дурак - откровенный, честный, прямой. Говорит, что думает. Сколько я их перехватал да к товарищу Дуремару на строительство канала отправил! Там им жаба и дала мони. А вот подлеца попробуй изобличи! Он и скрытный, и себе на уме, и лживый, и жадный никогда, как дурак, ни последней рубахой, ни тем, что на душе, не поделится. Вот и ловил я дураков на откровенности да на сочувствии...

Исповедь душегуба потрясла народного депутата. Он никак не мог взять в толк, что давало право так поступать с гражданами великой страны.

- Закон, - объяснил шпион. - А вернее, беззаконие, которое, если записано на бумаге и скреплено печатью, становится законом. И по такому закону любой преступник вместо наказания получает чины и ордена. Ведь по бумажке он прав!

- Но ведь это по бумажке! - не выдержал Буратино. - Должен же быть и другой закон!

- А он и есть, - глазом не моргнув, подтвердил шпион. - Этот закон не писан. Искать его в книгах бесполезно. Он - внутри каждого из нас. По этому неписаному закону и живут все дураки. На которых и свет держится. Это закон добра и зла. Когда в ком-нибудь просыпается совесть, он начинает их различать. И поступает не по писанному закону, а по совести. Впрочем, это случилось и со мной...

Общение с дураками сделало свое дело. Глупость оказалась заразной. Чем старше он становился, чем выше было звание, тем чаще шпион начинал задумываться. Он находил, что дураки страдают безвинно. Он начал различать добро и зло. В нем заговорила совесть. Он внутренне переродился, а затем изменился и цвет его шкуры - стал белым, как сметана. А заодно покраснели у генерала и глаза - от бессоных ночей. Его разоблачили, лишили всех наград, осудили по закону беззакония за разглашение государственных тайн, измену партии и родине и бросили в зиндан. К страшным крысам-уголовникам, в расчете, что они его сожрут. Но вышло наоборот - он, обученный всяким подлостям, сожрал их. И с тех пор стал крысиным львом - крысой, которая питается только крысятиной. А заодно - и королем камеры...

- Как народный депутат я берусь вытащить вас отсюда! - гневно сказал Буратино. - Добро победит зло!

- Ты, Дурачино, сам отсюда сначала выберись, а потом других спасай! насмешливо сказала белая крыса и вдруг как-то странно поглядела на соседа по камере.