Страница 25

— Неужели они до сих пор продолжают приходить?

— Нет. Теперь они уходят.

Ставили "Риголетто". Партию Джильды исполнила бездарная певица. Публика ее освистала.

— Какая грубая, некультурная публика, — возмутилась певица. — Подумать только, освистать великого Верди!

На выпускном экзамене вокалиста спросили: кто такой Евгений Онегин?

— Баритон, — ответил певец.

— Что за безобразие, — возмущается певец, — мне преподнесли всего три корзины с цветами!

— Разве этого недостаточно?

— Но ведь я уплатил за четыре?

— Голоса-то у артистов есть, но вот умения…

— Будет и умение, когда пропадут голоса.

— Что вы скажете о трио?

— Только одно: три о! о! о!

— Говорят, что артистка Н., прежде певшая в оперетте, переходит в оперу.

— Но ведь она же совсем из другой оперы!

— Почему эту певицу называют несравненной?

— Наверно, потому, что с другими стыдно сравнивать.

— Какой неприятный голос! Вы не знаете, кто поет?

— Моя дочь.

— Прошу прощения. Дело, разумеется, не в голосе, а в песне. Прямо вам скажу — никуда не годная песня. Интересно, кто ее написал?

— Я.

В театре оперетты отмечали юбилей известного певца.

— Конечно, ваш голос уже не тот, что раньше, — сказал в своей речи директор, — но своей игрой вы по-прежнему доставляете наслаждение зрителям.

— Нет, как вам это нравится! — возмущался юбиляр, обращаясь к своей давней партнерше. — Это мой-то голос не тот, что раньше!

— Ерунда, — успокаивала его почтенная актриса. — Вы всегда пели так, как сейчас!

Дебютирующая певица дрожащим голосом поет:

— Если б я была, как птичка!

Мрачный голос из зрительного зала:

— Если б я имел ружьишко!

— Сейчас две певицы будут петь соло…

— Чудак! Если двое, то это — дуэт.

— Говорят тебе, соло! У одной из них голоса совсем нет…

Некая дама — страстная любительница музыки — приходит однажды к известному издателю и просит показать ей самые новые и красивые вещи для пения, добавляя при этом, что для нее важней всего, чтобы в них не попадалось слишком много бемолей. Приказчик предлагает ей романс.

— Эта пьеса очаровательна, — говорит он, — но, к сожалению, в ней имеются четыре бемоля в ключе.

— О! Это ничего, — возражает дама, — когда их оказывается больше двух, тогда я их попросту стираю.

— Кто это там пел?

— Мы с отцом…

— А почему же так плохо?

— Да это отец сам…

— Мама, почему ты всегда стоишь у окна, когда я пою?

— Потому что не хочу, чтобы люди думали, будто я бью тебя!

Певица после неудачного концерта говорит своему аккомпаниатору:

— Вы самый плохой пианист в мире!

— Не думаю. Это было бы слишком редким стечением обстоятельств.

Мать опрашивает свою дочь, певицу:

— Как прошли твои гастроли?

— Прекрасно. Везде я имела хорошие сборы, только в Люблине зал был почему-то пустой.

— Может быть, дитя мое, ты пела там раньше?

— Записывайтесь в наш хор, — агитировал любитель-хормейстер одного из своих знакомых. — Уверен, что вы останетесь очень довольны. Мы собираемся по пятницам; сначала выпьем стакан-другой, потом рассказываем анекдоты, играем в карты, а после этого танцуем.