Страница 87

НЕ ХУЛИГАНЫ, А МАСТЕРА!

Многие убеждены, что именно Валерий Павлович Чкалов (1904–1938) в конце 1920-х первым пролетел под Троицким мостом в Ленинграде. В действительности многие русские летчики проделали это еще до революции, а во время Первой мировой войны морские пилоты Фриде и Грузинов пролетели под всеми мостами на Неве!

Традицию «воздушных хулиганов» 1920-х возродил в 1960-х Валентин Привалов. 3 июня 1965 года после тренировочного полета он вышел из плотной облачности на мост через Обь под Новосибирском. Его реактивный МиГ-17 на скорости 700 км/ч проскользил в метре над водой, пройдя впритирку к фермам железнодорожного моста, и свечой взмыл в небо. Так был совершен первый и единственный в мире пролет под мостом на реактивном самолете. В разыгравшемся после этого скандале никто из начальства не хотел решать судьбу пилота. Решение принял сам министр обороны маршал Малиновский. «Летчика Привалова не наказывать. Если не был в отпуске, отправить в отпуск. Если был, дать десять суток отдыха при части»…

ПРОБЛЕМУ РЕШИТЬ ТАК И НЕ УДАЛОСЬ

С необычной проблемой, которая так и не была решена, столкнулось на заре космической эры руководство отряда космонавтов. В самом начале 1960 года штабы летных частей приступили к подбору кандидатов в только что созданный отряд космонавтов. Были рассмотрены тысячи личных дел летчиков-истребителей возрастом до 35 лет, и в канун 8 Марта в Центр подготовки направили 20 пилотов, которым предстояло стать первопроходцами космоса.

Примерно в то же время Королев согласовывал с командованием ВВС требования к бортовой системе жизнеобеспечения корабля «Восток», Каково же было удивление главного конструктора, когда в этот документ помощник главкома ВВС по космосу генерал Николай Каманин собственноручно вписал, что необходимо предусмотреть на борту космического аппарата систему фильтрации воздуха от «инородных частиц» «на случай несанкционированного курения космонавта на борту»! После долгих препирательств Королеву удалось доказать: устанавливать такое оборудование на «Востоке», когда конструкторы борются за каждый лишний грамм веса, нецелесообразно. Попытки же курения в космосе следует пресечь еще на земле самому Каманину, проведя разъяснительную работу в отряде космонавтов.

Опасения помощника главкома ВВС были небеспочвенны. В критерии отбора в отряд космонавтов медики не включили пункт, что отобранные в него должны быть некурящими. В результате, как выяснил генерал, из 12 человек гагаринского набора четверо — Николаев, Севастьянов, Горбатко и Быковский — курят. Каманин не единожды проводил с ними разъяснительные беседы, пытаясь втолковать им, что на кораблях повышенная пожароопасность и курить там в высшей степени рискованно. Каждый раз подчиненные заверяли его, что покончат с вредной привычкой. Однако их продолжали видеть с сигаретами в руках, рядом с тренажерами и испытательными стендами находили окурки. В последний раз Быковский и Горбатко предстали перед Каманиным в связи с табакокурением аж в 1970-м году. Горбатко, как всегда, торжественно поклялся бросить, а Быковский, набравшись смелости, заявил, что будет продолжать курить. Генерал пригрозил, что в космос его больше никогда не пустит (впрочем, В. Ф. Быковский еще дважды слетал в космос — в 1976 и 1978 гг.). Но даже столь суровые кары не возымели действия на последующие пополнения космонавтов. От проникновения в космос курящих не спасло даже то, что в отряд космонавтов стали набирать исключительно тех, у кого не было никаких вредных привычек. Претенденты же попросту обманывали руководство, заявляя, что не курят.

Уже в конце своей жизни, после почти 20 лет борьбы с курением, Каманин с прискорбием отмечал в своем дневнике, что ни один из изобличенных им так и не завязал со своей пагубной привычкой.

ДИРЕКТОРСКИЙ СРОК

Как-то раз нарком черной металлургии И. Ф. Тевосян (1902–1958) перед официальным назначением директора металлургического завода неожиданно спросил намеченного на этот пост кандидата:

— А сколько времени вы собираетесь проработать на этом заводе?

— Два — два с половиной года, — ответил тот.

— В таком случае приказа о вашем назначении я подписывать не буду, — сказал Тевосян. — Мы в Наркомчермете установили, что вновь назначенный директор в течение первого года приносит предприятию только вред. На второй год он лишь возмещает нанесенный ущерб и только потом начинает приносить пользу делу. А вы, выходит, собираетесь нагадить, потом подчистить за собой и… уйти. Мне такого директора не нужно!

ОБЩЕНИЕ С ЗЕМНЫМ РАЗУМОМ