Страница 18

Франц.

248

«Что могут мне сделать вельможи и государи!? — восклицал М. — Разве в силах они вернуть мне молодость или отнять у меня способность мыслить, утешающую меня во всех невзгодах?»{27}

Франц.

249

Генерал Мак Кпеллан был сторонником «выжидательной» тактики, сам никогда не вступал в бой с южными частями. Как-то он получил от Линкольна записку: «Мой дорогой Мак Клеллан! Если Вам сейчас не нужна Ваша армия, я хотел бы одолжить ее на некоторое время. С уважением — Линкольн».

Мак Клеллан ответил: «Господин президент, Вы считаете меня дураком?» Линкольн написал на этом письме: «Разумеется, нет… но я могу ошибаться».

Амер.

250

Некий английский дипломат, придя в Белый дом, застал Линкольна за вполне прозаическим занятием: президент чистил туфли. «Как, господин президент! — воскликнул он. — Вы себе сами чистите обувь?» — «Конечно, — ответил Линкольн. — А вы кому чистите?»

Амер.

251

Однажды А. Линкольн, еще будучи кандидатом на высший государственный пост, получил письмо от одной девочки из Филадельфии. Она писала: «Мистер Линкольн, я вас очень люблю и хочу, чтобы вы были президентом, но я боюсь, что у вас не получится, потому что у вас лицо очень невыразительное, а вот если вы отрастите бороду, оно сразу станет более значительным и вы привлечете гораздо больше внимания публики».

Линкольн подумал и отрастил бороду, а через некоторое время, уже став президентом, поехал в Филадельфию, где, выступая на большом митинге, вспомнил этот случай и спросил, есть ли здесь эта девочка. Оказалось, что девочка пришла на встречу с Линкольном, она вышла к нему. Он поднял ее на руки и сказал:

— Вот благодаря кому я стал президентом!

Амер.

252

М, известный литератор, за три года ни разу не удосужился попросить, чтобы его представили кому-нибудь из иностранных государей, то и дело посещавших Францию. Когда я осведомился о причинах подобной непредприимчивости, М ответил: «В театре жизни я люблю лишь те сцены, где коллизии просты и естественны. Я понимаю, например, что и как связывает отца с сыном, женщину с любовником, друга с другом, сановника с искателем места, даже покупателя с продавцом и так далее. В сценах же вроде аудиенции у иностранного государя, где все подчинено этикету и даже диалог как бы расписан заранее, нет, на мой взгляд, никакого смысла; поэтому они не вызывают у меня интереса. Предпочитаю итальянскую комедию — там по крайней мере импровизируют».{28}

Франц.

253

Факт, засвидетельствованный очевидцами. Дочь короля, играя с одной из своих нянек, случайно взглянула на ее руку и машинально сосчитала пальцы. «Как! — удивленно вскричала девочка, — У вас тоже пять пальцев?». И, чтобы проверить себя, пересчитала их еще раз.

Франц.

254

Г-н Д попросил епископа отдать ему загородный дом, куда тот никогда не ездил. «Разве вам не известно, — ответил прелат[57],— что у каждого человека должно быть такое место, куда ему никак не попасть, но где, как мнится ему, он был бы счастлив». Г-н Д. помолчал, потом ответил: «Это верно. Видимо, потому-то люди и верят в рай».{29}

Франц.

255

Когда принц прусский гостил в Петербурге, шел беспрерывный дождь. Государь выразил сожаление. «По крайней мере принц не скажет, что Ваше Величество его сухо приняли», — заметил Нарышкин.

Рус.

256

Друг французского писателя Никола де Шамфора, возражая ему, говорил:

— Надо уметь побуждать в людях своекорыстие или подстегивать их самолюбие.

— Неубедительно, — не соглашался с ним писатель.

— Ну, тогда может быть сумеешь объяснить: почему обезьяны прыгают лишь тогда, когда видят орех или боятся хлыста.

Франц.

257

Один старик пригласил священника в гости и велел жене зажарить пару цыплят на ужин. Жена зажарила, попробовала, готовы ли, да не удержалась — съела обоих.

К вечеру пришел священник, муж его встретил, усадил за стол и говорит: «Ну давай, жена, тащи угощение, а я за большим ножом пойду».

Жена запричитала:

— Ай-яй-яй, опять он за свое!

— А что такое? — спросил священник.

— Да любит он у священников уши отрезать.