Страница 17

Рус.

231

Король ткнул пальцем в то место на карте, где, по его мнению, королевские войска должны были немедленно переправиться через реку.

— Но, Ваше Величество, — осмелился заметить один генерал, — ваш палец еще не мост.

Франц.

232

Как-то, встретившись с Ломоносовым[51], один из придворных сановников въедливо спросил:

— Скажите, уважаемый, почему вас принимают в царском дворце? У вас, наверное, были знатные предки?

— Для меня предки не обязательны, ваше сиятельство. Я сам — знатный предок.

Рус.

233

К Сковороде[52] обратились монахи Киево-Печерской лавры, которые хорошо знали его как ученого, с предложением:

— Хватит бродить по свету! Настал час причалить к гавани:

нам известны твои таланты; святая Лавра примет тебя, как мать чадо свое, ты будешь столпом церкви и украшением обители.

— Ой, преподобные, — возмутился Сковорода, — столпотворение увеличивать собою не желаю, хватит и вас, столпов неотесаных, в храме Божьем.

Укр.

234

Один французский маршал, получивший свои регалии за службу при дворе короля, а не на поле брани, однажды в оперном театре бесцеремонно занял ложу, принадлежащую известному аббату. Аббат обратился с жалобой в суд, на заседании которого заявил:

— Я прибыл сюда не для того, чтобы жаловаться на адмирала Сафрейна, который захватил большое количество кораблей в Ост-Индии; я прибыл сюда не для того, чтобы жаловаться на графа де Граса, покрывшего себя славой в походах на Запад; я прибыл сюда не для того, чтобы жаловаться на князя де Кребильона, взявшего Мальорку. Я прибыл сюда, чтобы пожаловаться на маршала Б., который за всю свою военную карьеру захватил только мою ложу в опере.

Франц.

235

Как-то раз за обедом у императрицы зашел разговор о ябедниках. Екатерина[53] предложила тост за честных людей. Все подняли бокалы, лишь один Разумовский[54] не дотронулся до своего. Государыня, заметив это, спросила его, почему он не доброжелательствует честным людям?

— Боюсь, мор будет, — отвечал Разумовский.

Рус., укр.

236

— Мог ли Вольтер дожить до великой французской революции?

— Дожить — да, пережить — нет.

Франц, рус.

237

На одном из собраний Екатерина за что-то рассердилась на Нарышкина[55] и сделала ему выговор — «намылила голову». Он сразу же скрылся. Через некоторое время императрица велела дежурному камергеру отыскать Нарышкина. Тот донес, что Нарышкин находится на хорах и категорически отказывается прийти. Императрица снова посылает, чтобы он немедленно исполнил ее волю.

— Скажите государыне, — отвечал Нарышкин посланнику, — что я никак не могу показаться в ее обществе с «намыленной головой».

Рус.

238

— Как вы относитесь к Богу? — спросили однажды Вольтера.

— Мы здороваемся, но не разговариваем.

Франц.

239

Этот документ является счетом, найденным в кладовой монастыря под Петербургом. Один маляр-художник был приглашен в церковь для реставрационных работ. После выполнения заказа настоятель предложил ему составить счет. Мастер, не будучи тонким знатоком русского языка и бухгалтерии, написал:

1. Увеличил облака и прибавил звезды — 2 руб.

2. Раскрасил небеса — 7 руб.

3. Промыл мудрую деву и покрыл ее два раза — 21 руб.

4. Деве Марии сделал нового ребенка — 11 руб.

5. Восстановил Божьей Матери вытертые места — 4 руб.

6. Поправил Адаму и Еве одежду после искушения — 15 руб.

7. Покрыл три раза Марию Магдалину матом, чтобы не блестела — 42 руб.

8. Покрыл и великомученицу у входа — 18 руб.

9. Поправил Ангела Хранителя и вставил перо святому духу — 3 руб.

10. Покрасил зад Мадонне — 3 руб.