Страница 20

— Никогда не видел, ваша светлость.

— Вы много чего не видели. Зато я видел во сне нечто непредвиденное.

Собеседники терпеливо молчали. Дипломат (он назвался фон Меркелем, но в сердцах теплится ощущение, что он кое-чего не договаривает) продолжал:

— Мне приснилось, что где-то далеко есть немецкий канцлер. Не наш, а другой. Оригинальный канцлер. Его кто-то обозвал железной фрау. Представьте, господа, немецкого канцлера называют железной фрау! И Америка шпионит за этим немецким канцлером. И Британия шпионит за немецким канцлером. И Россия тоже шпионит за немецким канцлером. Все подслушивают телефонные разговоры немецкого канцлера.

— Каким же образом они подслушивают телефонные разговоры?

— Если мне правильно приснилось, телефон основан на сотах.

— Какой смысл вы вкладываете?

— А чёрт его знает. В общем, в этом предположительном будущем и Германия и Америка смотрят на Россию как солдат на вошь.

— Как в настоящее время?

— Как солдат на вошь.

Дипломат обернулся к англичанам и важно, хотя речь теперь шла о другом лице, произнёс:

— Известно ли вам, что Франц-Иосиф, оставаясь императором Австро-Венгрии, стал прусским генерал-фельдмаршалом? Если такой генерал-фельдмаршал вступит в союз с германским кайзером, вам придётся умерить свои аппетиты. Или удвоить космическую гонку.

— Позвольте нам самим задать вопрос, — сохраняя сдержанность, произнёс лорд Солсбери.

— Я слушаю.

— Вы автоист и участвуете в соревнованиях? В таком случае, вместо того чтобы обещать нам космическую гонку, займитесь-ка вы гонкой на безлошадных экипажах. И нам будет спокойнее, и вам будет приятнее.

— Теперь позвольте мне высказать мысль, которую я только что тщётно пытался применить к месту, — прервал своё молчание Чемберлен.

— Вы адресуетесь ко мне? — спросил его лорд Солсбери.

— Вы правы. Лорд Солсбери, я вынужден напомнить о том, что я остаюсь сторонником союза с Германией.

— Да, это обстоятельство я вынужден буду учесть при разрешении сегодняшнего конфликта с Германией.

— Вы призываете к союзу с нами? — посол явно мысленно возблагодарил небеса за совершившееся открытие в лице союзника из лагеря политических соперников.

— Вы совершили единственно правильный выбор, господин министр, — продолжил атташе, взяв пакет под мышку и убрав от стены свёрнутый флаг. — Член кабинета британского правительства, лояльно относящийся к Германскому государству, представляет собой идеальное решение для современной политики.

Упрямый посол не был удовлетворён.

— И ещё одна заметная тонкость. Ваш морской министр Джордж Гошен родом из Германии.

— Вы правы, но из этого факта не должно следовать то, что он ваш союзник. И ещё одна, как вы изволили выразиться, заметная тонкость: Джордж Гошен не совсем имеет резон быть морским министром по той очевидной причине, что на нашей планете моря покрылись песком. Какой же он тогда морской министр? Поэтому согласно моему решению Джордж Гошен принимает должность космического министра.

Посол выгнул левую бровь и выпятил правый глаз.

— Оригинально. Космический министр. В таком случае наш морской статс-секретарь Фридрих фон Голльманн станет статс-секретарём Германского Имперского Космического министерства.

— А что сделает мистер Чемберлен?

— Вернёт военную форму.

Министр вернул колбасникам военную форму, и те спустились к гордо надутому безлошадному экипажу с лошадьми. Объект с красными фонарями отъехал от ограды, флаг совершил свою задачу, разогнав на Уайтхолле накопившееся за время разговора количество людей и экипажей. Экипаж отъехал к Уайтхоллу, дав флагоносцу возможность чрезвычайно испуганно отбежать в сторону, проехал несколько ярдов по Парламент-стрит и метеором промчался мимо флагоносца. Тот с неподобающей поспешностью побежал вслед, удивляя людей тем, что цилиндр не покинул голову и не полетел по ветру в сторону, противоположную бегущему атташе.