Страница 65

— Но она не...

— Я сказал, служанка! Начальник сказал — начальник сделал!

— Вы помните, как вы опоздали на лекцию? Я имею в виду ту лекцию, которую вы читали. После этого вы считаете себя начальником?

— Начальство не опаздывает, а задерживается. Так вот, я только что доказал, что Мэри Энн — служанка. А тот, кто влюбился в служанку, тот станет моим самым любимым пациентом. Ещё интереснее то, что любимых пациентов у меня нет и никогда не было. Поэтому, согласно булевой логике, мой любимый пациент есть никто. Поняли, Уиллард? Вы никто!

— Я?

— Да! А как никто может стать настоящим врачом?

— Я и не обещал. Извольте, я имел в виду, что влюбиться... Вы ошиблись. Это было сугубо по расчёту.

— Печально. Конечно, я не занимаюсь патологиями, и потому в качестве лечения я предлагаю сеанс движущихся картинок. Представьте себе такую кинетоскопическую сценку. Мэри Энн подметает пол в палате. Незаметно подкрадывается Уиллард. Его масляная улыбка напоминает улыбку японца, выучившего китайскую грамоту. Его руки тянутся к...

Уиллард вынужденно прервал тираду.

— Зачем всё это нужно?

— Чтобы все знали, до чего вы опустились!

— У меня есть идея намного лучше вашей.

— Хотел бы я её услышать.

— Как известно вашим несчастным пациентам, вы начали ставить диагнозы путём сбора улик в домах пациентов. Как следствие, я предлагаю записать на кинетоскоп то, как вы влезаете в чужой дом, и организовать публичный показ.

— Зачем?

— Чтобы все знали, до чего вы опустились.

— У меня есть идея намного лучше вашей. Можно поставить комическую оперу, в которой Уиллард залезает через окно больницы к медсёстрам.

— Но...

— Вы помните комическую оперу[36], в которой студенты залезают через окно к барышням в женской школе? Я просто украл идею.

— Но…

— Никаких «но»! Вы думали, я предложу поставить комическую оперу, в которой я, Эндрю Хамфри, залезаю в дом пациента? Я не такой идиот, чтобы согласиться на такое!

— Доктор Хамфри, вы совсем забыли о мистере Чемберлене!

На этот раз Чемберлен добился вожделенной, хотя и упорной цели.

— Я пришёл, чтобы вызвать вас на лечение мистера Эдисона. Время не ждёт.

— Похоже, мы что-то упускаем. Неужели мне придётся его лечить? Что с ним такое произошло? Ладно, придётся отправиться в сомнительное заведение.

— В какое?

— В больницу.

Хамфри встал и, злобно пыхтя, направился к выходу из гостиной. Джозеф Чемберлен прервал его неловкую ходьбу своей мыслью.

— Для начала у меня к вам один вопрос. Вы джентльмен…

Хамфри безбожно выругался.

— Простите?

— Я опровергнул то, что я джентльмен.

— Я имел в виду то, что вы приличный господин. Но в вашем жилище нет слуг.

Доктор Хамфри взглянул на Тигра таким взглядом, словно тот приписал ему отсутствие трости или цепочки для часов.

— Нет слуг? — Доктор Хамфри обвёл рукой интернов. — Нет слуг? А это, по-вашему, кто?!

— Это ваши слуги?

— Разве не похожи?

— Что вы ожидали? — подняв глаза, прокомментировал Уиллард. — Эксплуатация человека человеком — залог общественного труда!

— Тогда почему ваши слуги заговаривают первыми? Так не бывает. Это абсурд.

— Они плохие слуги, — пояснил Хамфри. — Слуги, за мной!

Хамфри спустился на первый этаж и упал на табурет. Доктора окружили его, чтобы застегнуть ему пуговицы на ботинках, надеть на него честерфильд, провести по нему щёткой, натянуть перчатки на руки их начальника.

Сборы в больницу, вновь и вновь сдвигающиеся с мёртвой точки и, словно молекулы воздуха, вновь спешащие к кажущейся недостижимой цели, достигли выхода на улицу. Вновь возникла пауза, и её началом был Чемберлен, успевший после ухода Хамфри из гостиной увидеть в ней охотничье ружьё.

— Простите, мистер Хамфри, но что в вашей гостиной делает ружьё...

— Оно нужно мне для занятий евгеникой! Вы уже слышали о том, что я буду регулировать количество геян путём регулирования количества аистов!