Страница 71

— Да? — переспросил Рычагов, не скрывая иронии.

— Да, — кивнул Ченнолт. — Если уж на то пошло, то прием такого тарана я разработал совсем недавно.

— О, — вежливо проговорил русский, и его лицо приняло странное выражение. — Так это вы изобрели такой способ таранить вражеские самолеты?

— Я, — подтвердил Ченнолт. — А кто же еще?

Он не понял, почему русские летчики переглянулись и, судя по всему, с трудом сдержали смех.

21 февраля 1938 года, Нанчань

— Согласно нашим агентурным данным, японцы сильно поиздержались.

Совещание проводилось на аэродроме. Соблюдалась строжайшая тайна, даже китайские товарищи, в которых советские летчики были уверены, не были допущены.

— Сейчас на главной базе ВВС Японии в Тайване производится отгрузка новых самолетов, — продолжал Рычагов. — В разобранном виде их привезли из Германии и, вроде бы, Италии. Из порта машины доставляются на аэродром, откуда они перелетят в Шанхай.

— Вроде бы, все понятно, — кивнул Жигарев. — Объект нужно разбомбить. Как этот остров обозначен — Формоза?

Зашуршали карты.

— Нужно подготовить наши бомбардировщики, — продолжал Рычагов. — Подвеску бомб произведем перед самым вылетом. Главная трудность заключается в том, что поблизости от океана нет площадок, где можно посадить СБ и дозаправить их.

— Поэтому, — подхватил Жигарев, — туда придется лететь напрямую.

— На сухопутных машинах над водой? — переспросил штурман группы Федорук. — Но это значит...

— Это значит, — кивнул Жигарев, — случись что — и всё…

— Гм, — сказал Федорук и поджал губы.

— На обратном пути, — продолжал Жигарев, — можно будет сесть и дозаправиться на аэродроме Фуджоу. Он находится в горах, в двухстах тридцати километрах от берега.

— Ну, если так, — протянул Федорук, все еще обдумывая услышанное.

— Место непростое, — продолжал Жигарев, — поблизости нет характерных ориентиров.

— Зато и японцы не найдут, — заметил Федорук. — Они летают только там, где ориентиры более чем очевидны: вдоль рек, железных дорог.

— Ну, мы — не японцы, и подготовка у нас получше, — сказал Рычагов.

— Не надо льстить, — буркнул Федорук. — Давайте еще раз обмозгуем. Думаю, высоту надо брать большую — пять тысяч метров и поболе.

— А как же кислородное голодание? — спросил Рычагов. — На работоспособности экипажей не отразится?

— Отразится, — подтвердил Федорук. — Ничего, потерпим. На большой высоте меньше расход горючего. А человек не машина, справится. Теперь вот что: надо японцев с толку сбить. Пройдем севернее острова, а потом резко развернемся, приглушим моторы, снизимся до четырех тысяч метров — и вот тогда с ходу нанесем удар. Потом над проливом пройдем на двух тысячах — подышать кислородом, — оттуда снова наверх — и уже к аэродрому Фуджоу, дозаправляться.

23 февраля 1938 года, Нанчань

Праздник Красной Армии едва не оказался сорван.

Рассвет был ясным, но спустя полчаса после восхода солнца показались первые облачка.

И тут раздалось завывание сирены — к аэродрому приближались японские самолеты.

— Кто-то проболтался? — Рычагов не знал, что и думать. Бомбардировщики стояли на аэродроме, готовые к вылету. Одно попадание — и весь аэродром взлетит на воздух: СБ заряжены бомбами «под завязку».

Потянулись страшные секунды… И неожиданно японцы отвернули: они направились в другую сторону.

— Ничего они не знают, — пробормотал Федорук. — Чистая случайность…

Он вытер со лба холодный пот.

…Один за другим поднялись в небо все двадцать восемь тяжело груженных бомбами самолетов.

От кислородного голодания кружилась голова. Под крылом самолета засинело море, а затем показался впереди остров.

Действуя, как было намечено, СБ прошли севернее острова, а затем развернулись и начали снижение.

Вот уже отчетливо виден японский аэродром и выстроенные в два ряда самолеты. Поблизости — контейнеры с еще не распакованными машинами, белые цистерны с горючим…

— И никакой маскировки, — заметил Федорук. — Ай да японцы! Видать, не чуют над собой беды.

Упали первые бомбы.

На земле расцвели взрывы. Вслед за первым СБ снижаются другие, и аэродром окутывается дымом.

С опозданием открыли огонь зенитчики…

Поздно. Советские СБ уже над проливом.