Страница 3

на нет, а к началу Второй мировой и вовсе изобрели радар. Теперь на берегах Кента стоит

множество заброшенных колоссальных «ушей», привлекающих туристов.

— Через тысячу лет люди будут гадать, какому древнему религиозному культу

принадлежат эти странные менгиры, — рассмеялся младший лейтенант. — Я так полагаю,

это далеко не все выдающиеся достижения раннего периода развития ПВО?

— Ты, друг Василий, даже не представляешь, сколь причудливы были изгибы

конструкторской мысли, — дракон хитро покосился на господина Вольфа. — Вспомним

дивное изобретение «Люфтваффе на вертеле» от 1941 года.

— «Люфтваффе на вертеле»? — немало озадачился вахмистр. — Так и называлось?

Впервые слышу.

— Именовалось это чудо, конечно, иначе — «Naval pattern vertical firing flame thrower», —

сказал Горыныч. — Изумительная поделка очень специального директората британского

Адмиралтейства «Directorate of Miscellaneous Weapons Development». Здоровенная тумба

на ножках смахивающая на самовар с трубой — ни единый здравомыслящий человек с

первого взгляда не определит, для чего устройство предназначено. В действительности

это огнемет. Только не простой, а зенитный...

— Что? — поперхнулся Вася. — Зенитный огнемет? Я не ослышался?

— Понимаю твои чувства, — на морде дракона появилось саркастичное выражение. —

Давать оценку психическому здоровью конструктора я не буду — sapienti sat, как

говорится. Тем не менее аппарат выдавал струю пламени высотой до тридцати метров и в

начале 1941 года вовсю испытывался как на суше, так и на борту судна «La Patrie». На

вооружение, естественно, огнемет не принят по понятным причинам — даже для англичан

столь экстравагантная идея оказалась неприемлемой...

— Господи боже, — простонал вахмистр. — Воображаю себе пилота Ju.87 Stuka, который

летает вокруг факела кругами и высунув руку с вилкой жарит баварские колбаски...

— Но и «огнемет ПВО» далеко не предел фантазии! — весело продолжил Горыныч. —

Как вам мысль: воздушные минные поля? Берется ракета многоразового использования, в

боевую часть укладываются фугасные бомбы с парашютами на тросах. Достигнув

требуемой высоты бомбы выбрасываются из отсека и если вражеский бомбардировщик

зацепляет тросик, фугас взрывается. Красотища же?

— В свете «Vertical firing flame thrower» и воздушных минных полей понятие «британские

ученые» приобретает новый блеск, — вздохнул Вася.

— Нечто в этом духе во время войны все же применяли. На советский пикирующий

бомбардировщик Пе-2, например, устанавливали гранатомет, который выкидывал гранаты

с парашютиками в сторону нападающего истребителя. Но по-моему самый выдающийся

проект опубликовали в американском журнале «Popular Mechanics» — центробежный

бомбоистребитель.

— Повторите, пожалуйста, герр Горыныч? — на этот раз проняло даже невозмутимого

Германа Вольфа. — Центробежный — что?

— Бомбоистребитель, — откровенно посмеиваясь сказал дракон. — Устанавливается

сорокаметровая башня, на вершине которой находится вращающийся купол. К куполу по

окружности крепятся двенадцать стальных канатов с грузилами на оконечьях. При

появлении вражеского бомбардировщика мощный электромотор начинает раскручивать

купол со скоростью пятьдесят оборотов в минуту — предполагается, что канаты образуют

«зонтик», который либо отбросит, либо разобьет бомбы...

— Чума, — покачал головой Вася. — Думается, это волшебное устройство отбросит

максимум десять процентов упавших на цель бомб при неимоверных затратах на

установку и раскрутку. Надеюсь, проект так и остался на бумаге?

— Ну почему же? Один построили и даже испытали, да только тросы моментально

переплелись, двигатель заклинило и он попросту сгорел... Надеюсь теперь ты не станешь

возражать против установки на полигонах World of Warplanes банальных спарок 37-

миллиметров? Впрочем, я могу слетать в центральный офис «Варгейминга» и поговорить

с разработчиками на тему зенитных огнеметов — смотрится красиво...

— Чур меня! — отмахнулся Вася. — Даже не думай! Хватит того, что есть!