Страница 10

— Воображаю, какие слухи поползли по округе, когда фермеры увидели в небесах эту штуковину, — покачал головой герр Вольф.

— Не уверен, что реднеки Коннектикута так уж интересовались происходящим у них над головой. Тем не менее, прототип V-173 был практически неубиваем — прочная конструкция, очень низкая посадочная скорость, малый пробег. Представьте: благодаря новой концепции крыла пробег на взлете составлял всего-навсего 60 метров, а при встречном ветре более 46 километров в час машина поднималась в воздух вертикально, подобно вертолету!

— Идеальный палубный истребитель, — заметил штаб-сержант. — Мечта любого авианосного соединения: крылья не надо складывать, взлетает фактически с места, вероятность разбиться при посадке минимальна. Так что, господин младший лейтенант, вы зря подшучивали!

— Сначала надо выяснить, как F5U покажет себя в бою, — не смущаясь ответил Вася. — Он хоть повоевать успел?

— Увы, — вздохнул Горыныч, выпустив из ноздрей струйки синеватого дыма. — Рабочий прототип XF5U-1 оснащенный мощными двигателями и четырехлопастными винтами начали обкатывать только в июле 1945 года, когда война в Европе закончилась, а до разгрома Японии оставалось полтора месяца. К 1947 году «Скиммер», как прозвали машину сотрудники фирмы, показывал выдающиеся результаты — на форсаже достиг скорости 818 километров в час, мог взлетать вертикально — для этого изобрели специальную трапецию, которую предполагалось установить на авианосцах, — зависал в воздухе подобно вертолету, достиг практического потолка в одиннадцать тысяч метров! Про изумительную аэродинамику я вообще молчу! Но, как обычно и случается, перспективный проект закрыли.

— С чего вдруг?

— Наступила эра реактивных самолетов, флотская авиация перевооружалась. Вдобавок, кончились деньги — кредит на разработку был полностью истрачен. Руководство министерства обороны приказало уничтожить все экземпляры F5U, — с машин сняли ценное оборудование, а корпуса разрушили бульдозерами. Единственный сохранившийся прототип V-173 передали в National Air and Space Museum в Вашингтоне.

— Печально, — вздохнул Хопкинс. — Хоть здесь можно будет на нем полетать.

— Вот именно, — согласился Горыныч. — Вам, джентльмены, предоставляются уникальные возможности, а вы ноете, будто малые детишки. Василий, я бы на твоем месте почаще оглядывался во время следующих полетов — не висит ли на хвосте этот «блинчик» с двумя пулеметами и четырьмя пушками! Ибо чревато!..

© А. Мартьянов. 24.05. 2012.

11. Большой обман

— Зиночка, вы прелесть, — Вася расплылся в самой лучезарной улыбке, на какую только был способен. — Наша добрая волшебница! Позволите пригласить вас вечером в офицерский клуб? Выступает американский джаз-банд из Нового Орлеана...

— Я не волшебница, а начальник финансового отдела, — с притворной строгостью сказала товарищ старший лейтенант. — Добросовестное выполнение служебных обязанностей...

— Ой, умоляю, не притворяйтесь мадам Ротвейлер, — Вася содрогнулся, с трудом отогнав видение главного пугала танкистской базы, госпожи главбуха, внешностью и характером напоминавшей персонажа низкобюджетного фильма ужасов. Зинаида Афанасьевна была полной противоположностью Ротвейлерши: молодая, симпатичная, а самое главное не жадная: деньги на новые самолеты (хочешь серебро, хочешь золото) выделялись моментально и без единого затруднения. — Так придете? Начало в восемь.

— Приду, разумеется. Василий, не задерживайте, там очередь...

Бравый авиатор вынырнул в коридор, сунул в карман оплаченный чек на покупку реактивного Ла-15 и спустился по лесенке на первый этаж к диспетчерской. Возле окошка, где пилоты получали задания, переминался с ноги на ногу штаб-сержант Хопкинс.

— Билл, привет. Как дела?

— All right, — штаб сержант соединил колечком указательный и большой пальцы. — Сегодня праздник неслыханной щедрости, не правда ли? Каждому выдали по самолету десятого левела, плюс сотню в золотом эквиваленте. По-моему, командование слишком щедро разбрасывается такими огромными деньгами.