Страница 33

цепной передачи с приводом от двигателя. — Спугнули тяжелый танк противника, два

легких уничтожили, один повредили и захватили почти в целости!

— Сэр, — козырнул английский сержант. — Сэр, сообщили из штаба полка — приказ

спешно отходить по направлению Азбрук-Берг!

— Исполняем, — кивнул майор. — Воображаю, что доложит своему начальству командир

Panzer-III... Для пленных выделить конвой, сопроводить.

— Сэр, простите, но нам никак не извлечь экипаж третьего танка! Все люки

заблокированы лезвиями тралов! Более того, «Матильды» так же не сдвинуть с места!

— Да и черт с ними, — вздохнул Олдридж. — Все равно имеется распоряжение бросать

неисправную технику, предварительно выведя из строя. Отправляемся!

* * *

Немецкий экипаж уцелевшего Pz-II освободили из заточения через сутки, по подходу

основных сил, наступавших на Дюнкерк. О дальнейшей судьбе лейтенанта Гебеля история

умалчивает, однако в архивах сохранился его рапорт о происшедшем, на котором красным

карандашом начертано:

« Бред! Гигантских человекоподобных роботов на гусеничном шасси не существует!

Гейнц Гудериан, генерал танковых войск. PS: проверьте означенного Р. Гебеля на

вменяемость».

16. Испуг

Замок Черного ордена Вевельсбург, Северный Рейн-Вестфалия. 1942 год.

— Та-ак, а здесь у нас что? — начальник РСХА Рейнхард Гейдрих проводил

обязательную еженедельную инспекцию всех отделов «Анненербе» сосредоточенных в

Вевельсбурге. Хозяйство было обширное, необычное и суматошное, потому вслед за

шефом следовали несколько эсэсовцев в костюмах химико-биологической защиты, чисто

на всякий случай. — Новая лаборатория?

— Так точно, — вытянулся штурмбанфюрер Курт Рашке. — Подразделение специальной

службы «Магия Ариев» номер 117! Исследования в области массового ментального

воздействия на вооруженного противника!

— Ну и? — скривился Гейдрих, отлично зная, что обитатели Вевельсбурга в основном

маются дурью за счет госбюджета, а за большинство сомнительных «открытий» здешних

гениев следует отправлять в лучшем случае в сумасшедший дом, а то и сразу в лагерь

Дахау. Но ничего не поделаешь, фюреру нравится мистика! — Каковы успехи? Судя по

вашей бледной физиономии, Рашке, успехи мизерные? Особенно с учетом недавнего

поражения под Москвой...

Штурмбанфюрер побледнел. Называть события конца прошлого года и контрнаступление

русских «поражением» был категорически запрещено. Тактическая неудача, временные

трудности на Восточном фронте, отступление на заранее подготовленные позиции — это

сколько угодно. Но не поражение! Доблестная германская армия не может потерпеть

поражение!

Впрочем, Рейнхард Гейдрих является любимцем Самого, ему можно называть вещи

своими именами.

— Уникальные проекты, — осторожно сказал Курт Рашке. — Например, устанавливать на

танки гигантские полотнища наподобие парусов с символикой Рейха, чтобы

деморализовать противника...

— Парусные танки? — вызверился Гейдрих. — Такое может придти в голову только

какому-нибудь унтерменшу, не знакомому с подлинными достижениями арийского гения!

Надоело! Проводите меня в рабочий кабинет, охрану отпустить!

— Никак невозможно! — отказался Рашке, оглянувшись на широкоплечих хмырей в

противогазах, прорезиненных накидках и с ранцевыми огнеметами. — Я за вашу

безопасность головой отвечаю! Перед фюрером, партией и историей!..

Слова штурмбанфюрера были подтверждены немедленно: из бокового коридора кубарем

вылетело невысокое страшненькое создание с синеватой кожей, лысой головой и

огромными глазищами. Застыло в ужасе. Эсэсовцы нацелили на него фламменверферы.