Страница 11

- У нас нет стаканов, Антонио, ты их съел.

- Зачем?

- Ты закусывал ими, когда закончились кактусы и розы, которые тебе подарил этот негодяй Фахитос.

- Ладно, Мария, тогда просто дай мне бутылку. (Пьет: «Буль, буль, буль». Слышен хруст стекла).

- Антонио, что ты делаешь, это же ваза для цветов, которую нам подарила мама!

- А мне плевать! (Ревет).

73.

- Мария!

- Да, Антонио.

- Тс-с-с! Не называй меня Антонио.

- Почему, Антонио?

- Молчи, дура! Я прячусь от кредиторов, и они повсюду меня ищут, в том числе и у меня дома. Пусть они не знают, что я здесь.

- Хорошо, Антонио…

- Ну, что ж ты делаешь?!!

- Прости, Антонио… ой, зачем я это сказала… надаю себе по губам. Вот вам, вот вам!

- Сильней! Еще сильней.

- Так уже больно. Ну, хорошо, а как же мне тебя называть.

- Как хочешь, но только не Антонио… о, черт, это ты виновата! Вот тебе по губам!

- Все, я уже поняла, больше не надо. Хулио, милый, дай мне воды.

- Кому ты это сейчас сказала, Мария?

- Тебе, Хулио.

- Мария, мы женаты уже 25 лет. Пора бы запомнить, что я не Хулио, а Антонио… а, черт, опять! На по губам! (Бьет). Кстати, а кто такой Хулио?

- Да никто.

- А почему тогда ты назвала меня именно Хулио, а не Антонио?… черт! (бьет).

- Это первое имя, которое пришло мне в голову.

- А почему именно оно? У тебя что-то было с негодяем Хулио?

- Нет, с негодяем Хулио у меня ничего не было. У меня было с негодяем Энрике, но только один раз, и то в прошлом году, когда ты уезжал в Акапулько.

- Ну, слава богу, я то я очень не люблю этого негодяя Хулио.

(Стук в дверь).

- Кто там?

- Это мы – кредиторы Хулио. Он нам должен денег.

- Я не Хулио, я Антонио.

- Ага, проговорился! Мы ловко провели тебя, Антонио, выходи, мы дадим тебе пять щелбанов, которые ты проиграл нам в пристенок. (Удары). Ой, Люсия, Антонио и Хулио устали, положи их на кровать.

74.

- Мария!

- Да, Антонио.

- Ты не знаешь, почему нам все время звонят и спрашивают прачечную?

- Потому что ты развесил везде объявления: «Прачечная принимает грязное белье» и написал наш телефон.

- Но это же был розыгрыш. Я подумал, что будет смешно, если нам позвонят и спросят: «Это прачечная?», а я скажу: «А вот и нет, а вот и нет, ля-ля-ля». Но они звонят и звонят, и никто не разу не засмеялся.

- Но ты же уже развесил везде объявления, что прачечная переехала. Это что, не помогло?

- Нет. Теперь эти негодяи звонят и спрашивают, куда она переехала. Я даже уже написал третье объявление, что то, что переехало, вообще никогда не было прачечной. Теперь они звонят и спрашивают, а что это было.

- Антонио, наверное, нам надо поменять телефон.

- Я уже поменял. Достал наш старый, со сломанным диском. Но по нему звонят не меньше.

- Пожалуй, тебе пора заканчивать с розыгрышами, они тебе никогда не удаются. Помнишь, как ты два года назад разыграл этих негодяев Эрнандесов?

- Да, я тогда написал у них на двери «Ритуальные услуги» и им пришлось в течение двух лет хоронить всех местных покойников. Они страшно разбогатели, открыли филиалы по всей Мексике, стали монополистами и не заплатили нам ни копейки.

- Лучше бы ты послушал меня и написал у них на двери «Общественный туалет».

- И что бы это дало? Наоборот, они бы еще больше разбогатели, ведь в Мексике люди гораздо чаще ходят в туалет, чем умирают. Ладно, пожалуй, ты права, больше не буду никого разыгрывать. Только в последний раз позвоню в полицию и скажу, что это я – маньяк, убивший восемнадцать человек. То-то они будут смеяться, когда поймут, что это не так.

- Ты мой неугомонный!

75.

- Мария!

- Да, Антонио.

- Почему ты все время начинаешь хромать, когда выходишь на улицу? Мне это не нравится, давай, прекращай это.

- Не могу, мне очень жмут туфли. Эти негодяи обувщики делают такие тесные туфли 38-го размера.

- Так покупай себе 39-й.

- Это не поможет, Антонио, у меня ведь 44-й.

- Зачем же ты тогда покупаешь туфли 38-го размера?

- Ну, как, во-первых, мне неловко спрашивать женские туфли 44-го размера, эти негодяи продавцы сразу начинают шушукаться и хихикать, а во-вторых в них я все время задеваю носками об асфальт и цепляюсь нога за ногу. И, потом, разве тебе будет приятно ходить по улице с женщиной, у которой 44-й размер ноги?